С такими словами, помощник шерифа надел ковбойскую шляпу и вышел за дверь.

Слышу за спиной, как всхлипывает Кейт. Её можно понять. Из вчерашнего разговора я уже осознал, что она положила на Самюэля глаз. Рассуждения о том, что неплохо было остаться в городе, остепениться — только подтверждали мою гипотезу. Моя напарница хотела заманить помощника шерифа в свои сети. В какой-то мере ей это удалось, парень клюнул на наживку, подвергся чарам блондинки, но, получив свое, вышвырнул ее как вшивую собаку. У навыка соблазнения были свои ограничения. Соблазнить человека — это одно, а удержать — совсем другое. Иначе способность была бы слишком мощной.

Смотрю на Кейт, по ее щекам стекают слезы. Простыня падает к ногам. Так и стоим вдвоем — голые, посреди сауны. Надо бы одеться! Возвращаюсь в парилку и надеваю купальник. Выстиранную одежду нам до сих пор не принесли. Выглядываю в комнату, блондинка уже не всхлипывает, она ревет, опустившись на колени.

Обнимаю её и чувствую, как она дрожит. Её плечи вздымаются от рыданий, кладу на нее руки, просто даю ей возможность выплакаться. Мы сидим так несколько минут, пока она не успокаивается. Затем помогаю ей подняться и вытираю слёзы с её щёк.

— Кейт, — мягко говорю я, наклоняюсь над ней. — Плюнь на него, он же козел.

Она поднимает на меня заплаканные глаза и пытается улыбнуться. Но улыбка получается вымученной и неестественной. Отлично мы провели время: меня изнасиловали, Кейт поимели и кинули. Просто великолепно!

Позади меня открывает дверь и в сауну заглядывает чернокожая работница, с пластиковой корзиной.

— Извините, ваша одежда! Я погладила все, кроме юбки и джинсов. Салли сказала экономить электричество. И через час придут новые клиенты…

Молча киваю, прося положить белье на скамейку и оставить нас одних. Усадив Кейт за стол, налил ей кружку местного пойла. Пива осталось много. Салли явно выдала нам алкоголь на троих, взяв в расчет и Рекса. Глотнул сам, поморщился, на вкус теплое пиво оказалось как моча. Блондинка молчит, но выпивает половину бокала.

— Пойду, отолью, — говорю я, направляясь во двор.

После сортира, подошел к кадке с водой и со всей дури пнул ее ногой, желая выплеснуть гнев. Блядь, мой палец! Больно же! Затем мой кулак бьет по гладкой глади воды. За что мне такие страдания? Я чувствую, как из глаз льются слезы. Что за херня? Мужики же не плачут. Заморгав, вытираю их рукой, затем забираюсь в кадку целиком, чтобы помыться и стереть с себя пот, вместе с подарком ночного гостя на животе. Как вспоминаю вчерашнего насильника, сразу бросает в жар и краску. От одной мысли про то, как он лапал меня руками, как моя грудь колыхалась под ритмичные движения входящего в меня мужика — меня охватывала дрожь. Где тут чертово мыло? Мне хотелось как следует вымыться, чтобы избавиться от ощущения, будто на моём теле остался пот чужого человека.

— Ты в порядке? — Кейт выходит во двор, держа в руках полотенце, — Алекса, извини меня.

— За что? — вылезаю из воды, спрашиваю ее.

— За Сэма, — Кейт протягивает мне полотенце, — я не думала, что он окажется таким мудаком, это я пригласила его.

— Поясни, — вытирая волосы, говорю я.

— Ну, когда я гуляла с Рексом, ко мне несколько раз подходили волки. Я им и сказала, что нахожусь под защитой Сэма, повторяя слова, которые ты сказала в баре. Они сразу же отставали. А когда ты была в автомастерской, я снова пересеклась с Самюэлем, он интересовался моими планами на вечер, а я проболталась, что буду в сауне. Его Салли не хотела впускать, но я сказала пропустить, думала, что он соскучился по мне.

Так! Этих подробностей я не знал, выходит, слухи «про крышу» исходили в основном не от меня, а от Кейт. Она даже указала наше местоположение. Теперь понятно, почему парень пришел ночью, а не стал дожидаться утра. Хотя, кого я обманываю, моя вина в этом тоже есть!

— Естественно, он потребовал объяснений?

— Ну да, но я уже была пьяна и предложила ему уединиться. Думала, что смогу соблазнить…

Улыбаюсь, как идиот. Какая же Кейт дура! Решила использовать свою новую способность? Якобы секса у нее не было много лет! Подумаешь, какая досада! Для женщин обет целомудрия иногда даже полезен, он делает их более желанными! Заморгав, почувствовал, как по щекам вновь покатились слезы. По-детски размазываю их кулаками по лицу. Блядь, что не так с этим телом? Даже не могу сдержать переживания внутри себя. Отворачиваюсь и вытираю слезы.

Захожу внутрь сауны. Обтершись полотенцем, быстро переодеваюсь, натягиваю трусы, затем надеваю спортивный лифчик и, прыгая на одной ноге, натягиваю носки. Кейт стоит в проходе, затем берет свои вещи и начинает одеваться следом за мной. Кричать, ругаться — не имело смысла. Это чертов постапокалипсис, а я в теле женского персонажа, в образе смазливой девчонке лет двадцати. Рано или поздно это должно было случиться. Кто-нибудь меня бы поимел. И что делать? Идти жаловаться шерифу, что его подчиненный трахнул меня? За окном жесткий патриархат, где женщинам уготовлена судьба рожать детей или быть игрушкой для развлечений. Как там говорится? На десять волков приходится всего одна волчица!

Убрав части купальника в рюкзак, напяливаю джинсы и футболку. Салли не обманула, одежду чернокожая служанка постирала, от нее исходил приятный запах порошка. А что дальше? Из ночного инцидента я понял одно: идея Кейт пустить корни в поселке трапперов — обречена на провал. Один раз уже она обожглась, а других кандидатов на горизонте не наблюдалось. А еще эти слова про клеймо на спине! Самюэль будто хотел унизить блондинку, указать ей место на коврике у порога.

— Ты как? — придя в себя, спрашивает напарница. Бывшая рабыня уже оделась и сейчас сидела за столом, просматривая свой дневник. — Давай дальше идти по сюжету, будем выполнять квесты. Хочу побыстрее свалить из этого города.