Я не собиралась говорить ей, что я действительно чувствую.

— Я в порядке. Моя рана иногда пульсирует, но это ничего серьезного. Миссис Блэк сказала мне, что через несколько дней я буду как новенькая.

— Хорошо, что ты уже достаточно поправилась, чтобы пойти домой. Я просто хочу, чтобы они поскорее отпустили и меня. — Она говорила как надутый ребенок, сварливый, потому что не может никуда пойти.

— Не торопись. Тебе следует сосредоточиться на своем выздоровлении и реабилитации.

Она скрестила руки на груди.

— Мне нужно что-нибудь выпить, — пробормотала она.

Я поморщилась. Напоминание о ее зависимости оставило острую боль в моей груди, но я не стала зацикливаться на этом. Вместо этого я заставила себя сказать слова, которые должна была.

— Я просто хотела сказать тебе, что мне жаль, что я оставила тебя в хижине таким образом. Я должна была. Ты не могла двигаться, и я хотела обратиться за помощью и вернуться за тобой.

Ее глаза сверкнули гневом, и она поджала губы.

— Ты просто оставила меня там. Ты хотела оставить меня с этим больным ублюдком. — Она смотрела на меня с обвинением, и это было очень больно. — Что ты могла сделать? Ничего. Мы были в глуши, и даже если бы ты нашла помощь, Брэд мог бы увезти меня куда-нибудь еще к тому времени. Он мог бы убить меня!

Я закрыла глаза, чувствуя, что мой разум перегружен. Многое могло произойти, все плохое, и сожаление было горькой пилюлей, которую нужно было проглотить. Я хотела, чтобы меня не заставляли делать такой несправедливый выбор, но я сделала это с лучшими намерениями.

— Ты никогда не была хорошей дочерью с самого начала, но бросить свою собственную мать вот так? Это непростительно.

Что-то так сильно сжало мое сердце, мучительно медленно сдавливая его, пока оно не истекло кровью от тоски. Никогда не была хорошей дочерью с самого начала… Она даже никогда не хотела меня, всегда считала меня обузой, но ожидала, что я буду «хорошей дочерью», когда ей это будет удобно. Я кипела внутри от несправедливости, хотела громко кричать, какая она ужасная и эгоистичная.

Но я устала начинать ссоры, которые ни к чему не приведут. Я просто хотела выбраться отсюда, сосредоточиться на учебе, поступить в колледж и подальше от нее. Еще немного, и мне напомнят, что семья — это не всегда любовь, единство и преданность.

По крайней мере, ее отношение помогло мне обрести решимость двигаться вперед и больше ценить то, что может предложить мне жизнь. Похищение помогло мне осознать, что я ничего не должна своей матери. Это ужасное событие расцвело моей решимости и сняло оковы бесплодных надежд и долга, которые держали меня привязанной к ней. Я имела право следовать за своими мечтами и делать со своей жизнью все, что захочу.

Я уеду из этого маленького городка, который хранил для меня столько болезненных воспоминаний. Я не позволю ей приковать меня к себе и заставить остаться. Я больше не буду позволять ее эгоизму побеждать. Она не была хорошим родителем, и я больше не буду притворяться, что мы семья. Мне будет лучше без нее.

Это освобождающее осознание, однако, мало что сделало для того, чтобы залатать зияющую дыру в моей груди. Это было слишком больно, и я могла только надеяться, что время поможет мне исцелиться.

— Я просто хочу, чтобы ты знала, что я сожалею обо всем, через что ты прошла. Надеюсь, на этот раз Брэд останется за решеткой навсегда, — процедила я сквозь зубы, застегивая куртку. В комнате стало душно, и мне нужно было выбраться.

— Пропускаешь тему? — Она отказалась отпускать ее, все больше расстраиваясь.

Я не могла сделать это прямо сейчас. Мне нужно было уйти, пока я не потеряла контроль.

— Мне нужно идти сейчас. Я приду к тебе завтра.

Она фыркнула и скривила губы в презрительной улыбке.

— Конечно. Иди и наслаждайся своим днем.

Я кивнула. Не думай об этом, Сара. Просто уходи.

Я вышла из комнаты, надеясь задвинуть воспоминание об этом разговоре в самый дальний угол своего сознания. Я закрыла дверь и сделала два неуверенных шага от нее, закрыв глаза, чтобы вернуть себе самообладание. Все будет хорошо. Я проведу остаток дня с Хейденом, и он поможет мне забыть обо всех трудностях и печали. Со мной все будет хорошо.

— Малыш? — Я резко открыла глаза. Хейден был прямо передо мной, его обеспокоенные глаза изучали каждый дюйм моего лица. — Ты в порядке?