— Для детей-инвалидов. Поверьте, Александр, дети, кто с самого рождения проводят жизнь в инвалидной коляске ценят честность и открытость. Само это понятие — ограничен физически, звучит ну уж очень пессимистично. Думаю, всем будет проще называть все своими именами.

— Да, Алексей, спасибо за вашу открытость. И мы очень благодарны вам, за возможность воплотить в жизнь такой проект и помочь детям-инвалидам, — сказала Людмила. Как бы она не старалась, но на последнем слове голос ее подвел.

— Дальше будет проще, поверьте, — поддержал я Людмилу. Затем обратился к ее супругу — Александр, вы сказали, что строительство спортивной школы уже идет к завершению. Мне бы хотелось ознакомиться с планами. Посмотреть, так сказать, на здание сквозь мой инвалидный опыт.

— Да, конечно, — ответила Людмила, опередив супруга. Второй раз нажала на кнопку переговорного устройства и попросила секретаря вызвать в конференц-зал Олега Юрьевича. Потом повторила это же действие, уточнив, чтобы Олег Юрьевич взял с собой планы спортивной школы.

Через несколько минут в конференц-зал пожаловал Олег Юрьевич с планами, скрученными в рулон. Я достаточно быстро разобрался в чертежах.

— Олег Юрьевич, скажите, судя по данным чертежам подход и крыльцо очень схожи с теми, что у этого здания.

— Да, это здание проектировал тоже я. Вполне удобное крыльцо.

А вот и ты, мой долгожданный друг.

— А дверь?

— А что с дверью, — насторожился Олег Юрьевич, надуваясь и краснея.

— Я считаю, что ни крыльцо, ни подъезд к нему, ни дверь, и уж тем более ни охранные турникеты не подходят школе, где будут заниматься, в том числе, и инвалиды.

— Но все нормы учтены, все в рамках законодательства.

— Постойте, Алексей, это очень важный момент, — вступила в разговор Людмила. — Конечно, ваше видение для нас очень ценно. Олег Юрьевич, а вы бы не пыхтели, честное слово, а делали пометки, что нужно исправить. Для детей же все-таки делаем.

— Людмила Константиновна, все уже намечено, материал закуплен, работы ведутся…

— Олег Юрьевич, как вы считаете, что для меня важнее: удобство детей или ваше спокойствие, — Людмила оборвала речь своего сотрудника, сверкая глазами. Александр, до этого сохранявший нейтралитет лишь хмыкнул, отпивая кофе из своей чашки. А Олег Юрьевич взялся за карандаш и блокнот и начал писать под мою диктовку.

Крыльцо, входная группа, отсутствие каких-либо порогов и бордюр на первом этаже…

Олег Юрьевич недовольно пыхтел, местами слишком сильно давя на карандаш, Александр продолжал пить кофе, а Людмила, по мере поступления моих предложений того, что нужно исправить в новом здании, тут же делала распоряжения отделу логистики.

Еще несколько минут назад я охарактеризовал Александра, как человека знающего цену своему времени. Но теперь глядя на то, как Людмила организовывает весь рабочий процесс, я понял, что он знает цену не только этому.

42. Леша/Ксю

— А знаете что, — воскликнула Людмила, чем чуть не довела Олега Юрьевича до нервного срыва, из пальцев которого выпал карандаш и покатился по темному полу конференц-зала. Все мы проследили за траекторией движения карандаша, который закончил свой путь под столом. И пока багровеющий Олег Юрьевич отодвигал стул и пролезал под стол, Людмила продолжила высказывать свою мысль: — Нам нужно всем вместе съездить на объект. И там уже более внимательным взглядом осмотреться. Как вы считаете, Алексей?

Из-под стола раздалось невнятное бурчание, в то время как я ответил:

— Это отличная идея, Людмила. У меня в запасе имеется пара часов до тренировки. — Надеюсь, что Ксю не откажется, так как к такому повороту событий я не подготовился. Кто же знал, что супруга Александра окажется такой основательной женщиной со стальной мужской хваткой.

— Вас подвезти, Алексей? — в свою очередь спросил Александр, вставая из-за стола.

— Спасибо, я на машине, — по крайней мере я очень на это надеюсь.

— Вот и отлично. Тогда не будем терять времени. Олег Юрьевич, вы скоро? Там на столе есть запасные карандаши. Возьмите с собой прозапас, — сказала Людмила, направляясь к выходу из конференц-зала.

Все то, о чем я говорил на встрече для всех присутствующих было, наверное, лишь словами. Но скоро проектировщик здания и оба директора и сами смогли убедиться, как тяжело приходится тому, кто самостоятельно не может преодолеть бордюр в несколько сантиметров, не говоря уже про молчаливую (с большим трудом удавалось молчать, сдерживая в себе маты) борьбу с турникетами.