– Ну, что я могу рассказать...- замялся Илья.- В последнее время вошло в моду повторять: дескать, история не знает сослагательного наклонения. Мы же взялись исследовать это самое сослагательное... На любом переломе исторического процесса обязательно существовали какие-то альтернативы, которые остались нереализованными. Можно утверждать наверняка: впопыхах, подгоняемые обстоятельствами, народы и вожди неизменно принимают не самые лучшие решения - отсюда и все наши трагедии. Вот мы и пытаемся рассчитать оптимальный вариант развития исторических событий, чтобы найти такую модель, когда человечество и в первую очередь Советский Союз развиваются без особых катаклизмов. Постепенно, методом проб и ошибок вырабатывается наиболее благоприятный сценарий мировой истории...

– Это, конечно, очень интересно,- насмешливо сказал Барушин, довольный, что может поставить на место самодовольных умников.- Только вот смысла не видать. Допустим, вы когда-нибудь найдете такой идеальный исторический сюжет, когда всем хорошо и все довольны. Допустим... Но ведь наша-то сегодняшняя жизнь от этого ничуть не изменится! Останется лишь горькое чувство: могли, мол, и мы жить, как люди, да не сообразили отцы, в какую сторону следовало свернуть этак в одна тысяча пятьсот таком-то году...

– Позволю себе не согласиться,- с неожиданной твердостью возразил Антощенко.- Когда нам ставили эту задачу, речь шла о том, что в обозримом будущем институт имени Ландау завершит работу над так называемым "гравитационным тоннелем". С помощью этой штуки, якобы, можно будет влиять на прошлое, чтобы изменить историю в угодном для нас направлении.

От неожиданности Барушин даже вздрогнул: этот ничтожный доктор наук не имел права знать о работах, в суть которых были посвящены далеко не многие ответственные функционеры! Не имел права, но откуда-то знал... Между тем Новикова продолжила мысль своего шефа:

– Когда начнет действовать гравитационный тоннель, мы уже будем иметь наготове несколько оптимизированных сценариев. Выберем из них самый лучший и начнем менять исторический процесс, чтобы все шло близко к нашей модели...

– Ну, хорошо,- проворчал Барулин.
– Но чем хорош, к примеру, этот вот вариант - сорок третий, или какой он там? Насколько я понял, он отличается от обычной истории только тем, что Гитлер в сороковом году принял немного другое решение насчет вторжения в Англию. Дальше-то что? Какая нам с того радость?

– Есть и другие сценарии,- Антощенко пожал плечами.- Можем продемонстрировать вам любую модель. Только имейте в виду: даже столь незначительное, как вам кажется, различие принципиально изменяет всю последующую историю... Давайте смотреть дальше - там сейчас самое интересное начнется.

Глава 4. Лавина "Эльбруса". Весна, 1941.

1.

Совещание в Политбюро продолжалось второй час. Наркомы и маршалы деловито отчитывались о подготовке страны и армии к будущим битвам. Пусть со скрипом, но исполинский военный механизм разворачивался, неуклонно наращивая ударно-оборонительную мощь

Численность РККА, достигшая прошлым летом 4 миллионов, сократилась зимой до 3.300.000, однако теперь снова увеличивалась. Промышленность прекратила выпуск устаревших систем оружия и осваивала самые современные образцы: танки KB и Т-34, самолеты Миг-1, Як-3, Ил-2, Ту-2 и Пе-8, новые дивизионные и корпусные орудия. Пока этой техники производилось немного, но заводы получили на 41-й год жесткое задание: изготовить тысячу KB (из них сотню сверхмощных КВ-2 с шестидюймовой гаубицей в огромной кубической башне) и 2800 средних танков Т-34. Самолеты и танки Германии были намного слабее новых советских.

На стапелях Ленинграда, Николаева, Молотовска строились корпуса гигантских линкоров "Советский Сшоз", "Советская Россия", "Советская Украина" и "Советская Белоруссия", тяжелых крейсеров "Крондштадт" и "Севастополь" - все шесть должны были вступить в строй летом сорок третьего. Примерно годом раньше будут готовы закупленный у Германии крейсер "Таллин" (бывший "Лютцов"), два легких крейсера проекта №26 "Калинин" и "Каганович" - на Тихом океане, а на Балтике и на Черном море начнет ходовые испытания пятерка средних крейсеров проекта №68: "Чапаев", "Чкалов", "Ушаков", "Нахимов" и другие. По завершении этой программы Красный Флот становился сильнейшим в Европе.

Адмирал Галлер, ухмыляясь, напомнил о кораблях, закупленных у итальянцев и немцев. Изучив устройство этих крейсеров и эсминцев, советские конструкторы многому научились, так что теперь готовятся новые проекты, которые превзойдут по мощи, защите и скорости однотипные корабли ведущих морских держав.

Доклады Сталин слушал не слишком внимательно, ибо все эти цифры были известны ему и прежде. Да, вооружений изготовлено много, войск у нас тоже хватает, но достаточно ли этого для победы над столь страшным врагом? Со времен гражданской войны он твердо усвоил: успех не достигается одним лишь количеством, хотя без количества успеха быть не может вовсе... Исход величайших классовых битв определялся неизменно факторами не столько чисто военными, сколько политическими и психологическими.