Он удерживал корабль в луче, и тот взорвался, дождем обломков устремившись к громадной машине. Титан не дожидался, пока шрапнель ударит по его позиции, он обратился к другой цели, игнорируя приближение девяти кораблей. Он мог их игнорировать без особенной для себя угрозы: их было слишком много и они не могли приблизиться так, чтобы ему навредить. Титан тщательно прицелился в дуло пушки овоида и выстрелил.

Яйцо разнесло мощным взрывом, а Титан уже несся прочь по долине. На этот раз он включил авиационный двигатель и понесся, подскакивая на буграх, — слишком высоко, слишком опасно. Осознав это — и то, что он уже отошел на безопасное расстояние, — он выключил авиадвигатель и с удивлением обнаружил, что вражеские корабли рыщут по долине в режиме поиска.

Конечно! Они следовали за реактивной струей авиадвигателя, ее световым и тепловым излучением, и теперь, потеряв ее, промедлили с включением электромагнитных сенсоров. Поняв это, он резко ушел со своей первоначальной трассы, описав широкую дугу по равнине, чтобы выйти на противника с другой стороны.

Перед ним вырос холм — отлично! Он послужит для него сначала позицией ведения огня, потом — прикрытием. Боло въелся гусеницами в склон и вышел почти под вражеский корабль.

Он поднял ствол главного калибра...

...и на него с воплями обрушился поток гарпий.

Он все равно выстрелил, и луч «Хеллбора» прошел сквозь дюжину гарпий к брюху корабля. Заработали другие пушки и пулеметы Титана, его компьютер деловито вел подсчет уничтоженных нападающих и израсходованного боезапаса, подводил баланс и выдавал рекомендации исполнительным механизмам. Корабль над Титаном медлил, испытывая искушение растоптать это надоедливое насекомое; и надоедливое насекомое сменило тактику, направив по лучу снаряд в размягченную броню корабля. Снаряд прошил обшивку, и корабль, кувыркаясь, загрохотал вниз.

Титан спрыгнул с холма, все еще преследуемый гарпиями. Они хлопали крыльями и вопили в свои рации, беспокоясь, как бы чудовище не ускользнуло и в этот раз. Они направляли оставшиеся корабли по следу. Вместо каждой сраженной Титаном гарпии появлялась дюжина новых, и корабли уже следовали в правильном направлении. Они били вниз своими молниями...

И попадали в холм.

Титан был уже далеко от холма; во тьме он направлялся к реке, которая скрыла его тепловое излучение и спрятала от радаров. Корабли не сразу поняли, что он ушел. Он уже вышел на берег в полукилометре ниже по течению, а они еще колошматили поверхность холма плазменными лучами.

Через полчаса их обнаружил патруль гарпий. Крылатые ящеры наскочили на них, выкрикивая что-то очень похожее на непристойные ругательства — только на своем, гарпийском языке. Ларри стал на одно колено, вскинул базуку на изготовку и крикнул:

— Ложись!

Но Дон уже преклонила свое колено, навела базуку и нажала на спуск, очень неуклюже, но очень эффективно. Оружие чихнуло, и Дон удивилась легкости отдачи. Удивляться было нечему, так как на лету, «с крыла» гарпии могли пользоваться лишь безоткатным оружием.

Без отдачи, но с большой эффективностью. Гарпии визжали и падали, кувыркаясь, обнаружив в воздухе за собой ядро из гарпий большего размера. Выстрел Ларри, и ядро взорвалось.

Дон медленно опустила оружие, созерцая медленно опускавшийся пепел. Она видела его сотни раз, но только на экране монитора, в своем бункере, невооруженным глазом, так близко — еще никогда.

— Бедолаги, — прошептал Ларри.

— Они этого хотели. — Дон отмела всякие сожаления и встала на ноги. — Или ты предпочел бы, чтобы они сделали это с тобой?

— Нет, — медленно сказал Ларри. — В данных обстоятельствах это должно было случиться с нами или с ними. Я предпочитаю, чтобы это были они.

— Очень мило с твоей стороны. — Дон свирепо посмотрела на него — Можешь утешаться тем, что они чувствовали то же самое. Пошли, нам еще топать и топать.

Ларри шел, размышляя, что произошло с менее жестокими эмоциями Дон.

Он знал, что случилось с его менее жестокими эмоциями. Не бывает войн без жертв. Щедрость и благородство ценятся очень высоко. Но он временно задвинул их подальше. Он надеялся, что то же самое ощущает и Дон. Пока она, во всяком случае, в целости и сохранности. Жива, не ранена, не попала в плен, не подверглась издевательствам...

Пока.

И он решил, что сделает всё что может, чтобы предохранить её от всяких напастей.

Он как раз пришёл к этому умозаключению, когда воздух наполнился кошмарным шумом. Рука его рванулась вверх, он увидел, что на них пикируют не менее сотни гарпий. Их естественные наклонности возобладали — хотя часто именно они губили гарпий, — и атакующие предпочли воспользоваться своими когтями, а не оружием.

Неверный выбор. Он упал на колено, вскинул базуку, навел и нажал на спуск. Огненная струя ударила в их гущу. Яркая вспышка осветила окрестности, вниз посыпались осколки костей и ошметки кожи, но вопли не прекратились, гарпий было очень много.