Души всегда находят выход, когда буря в их сердцах успокаивается.

Со временем я научился полагаться на Сидеро так же, как на других членов своего внутреннего круга. Он был проницателен, наблюдателен и безмолвен, словно тень — идеальный шпион.

— Что случилось?

— Оралия спит, — ответил он, принимая место напротив меня, на которое я указал взмахом руки. — Но её сон беспокойный.

— Оралия?

Сидеро кивнул, его спина выпрямилась от напряжения.

— Когда я обратился к ней как к Высочеству, а затем как к принцессе, мне показалось, что она почувствовала недомогание. Вместо этого она попросила называть её по имени.

Холодное беспокойство пробежало по моей шее, но Сидеро продолжил, не замечая, как его слова задели меня.

— Её преследуют призраки, Ваше Величество. Я знаю этот взгляд. Я видел его в собственном отражении.

Выдохнув и нахмурившись, я наклонился вперёд, пока мои локти не упёрлись в колени. Корона Перегрин висела на моём указательном пальце.

— Есть ещё кое-что, Ваше Величество… — Он замялся, и молчание стало настолько тяжелым, что я поднял на него взгляд. На его лице застыла ярость, которую я уже видел прежде — в его воспоминаниях о поле битвы.

— У неё ожоги на руках.

Сидеро провел двумя пальцами по воздуху, очерчивая узор ожогов, который я знал слишком хорошо. Свет Тифона обвивал её плоть, оставляя ожоги. Хотя я сам видел это с вершины деревьев, лёд вновь пробежал по моим венам. На мгновение кровь застучала в ушах, но затем вновь стихла.

Я моргнул, потряс головой, словно проверяя себя.

— Они требуют исцеления? — Это был глупый вопрос: боги заживляют все сами, если только рана не нанесена смолой кратуса.

Сидеро с сомнением скривил губы, переплел руки перед собой и покачал головой.

— Ей нужно время, Ваше Величество. Его след повсюду: не только на её теле, но и на её душе. И…

Он замер, глядя на меня с опаской.

— Что? — Я раскрыл ладонь, жестом призывая говорить откровенно.

С тяжёлым вздохом Сидеро поднялся на ноги, его серые одежды закружились у щиколоток.

— Я полагаю, что только вы сможете помочь ей исцелиться.

ГЛАВА 11

Оралия

Через несколько часов я резко проснулась и села в постели.

Ритм сердца гулко звучал в ушах, пока я осматривала комнату. Синие угольки в камине догорели за ночь, а мягкое серое свечение просачивалось сквозь плотные занавески. Отбросив тяжелое одеяло, я подошла к окну и отодвинула ткань с тихим вздохом, прежде чем тяжело опуститься на мягкую изумрудную подушку.

На горизонте занималась заря. Подтянув колени к груди, я натянула ночную сорочку, которую Сидеро предложил мне вчера вечером, на ступни, чтобы защитить их от холода. Уперев лоб в холодное стекло, я пыталась найти хотя бы немного покоя.

Тонкий туман висел в воздухе, смягчая свет, пробивающийся с востока. На мгновение мне показалось, что это из-за недостатка настоящего солнечного света все вокруг кажется лишенным красок, но затем я осознала, что колышущиеся травы, которые я видела из окна, действительно были приглушенно коричневыми. Они почти полностью окружали пятнистое синее озеро, возможно, слишком широкое, чтобы переплыть его.

Там, в поле, фигуры бродили среди колышущейся травы и стелющегося тумана. Некоторые двигались бесцельно, другие застывали, пристально глядя на спокойную гладь озера. Когда я представляла себе Инфернис, то всегда думала, что души заключены в клетках, которые одновременно служат местом пыток.

Я не знала и не могла понять, как устроено это королевство и что значит быть вечной душой.

Легкий стук в дверь вывел меня из раздумий, и я крепче прижала колени к груди.

— Это Сидеро, моя госпожа.

Глубоко вдохнув, я оторвала лоб от стекла, разглаживая ткань на коленях.

— Войдите.

Сидеро осторожно вошел в комнату, легкая улыбка играла на его губах. Вчера вечером я не заметила мягкие серые одежды, которые он носил, плавно струившиеся вокруг его сандалий, напоминая туман, через который меня провел Подземный Король. В руках он держал большой поднос, полный фруктов, сыра, различных видов мяса и дымящийся чайник, в котором, как я надеялась, был чай.

— Как вы спали? — спросил он, ставя поднос на маленький столик рядом с оконной скамьей и складывая руки перед собой.

Вздохнув, я откинула голову на стекло.

— Спала всего пару часов, — сказала я, снова отвлекаясь на стелющийся туман.

Сидеро кивнул, выжидая еще несколько мгновений, чтобы понять, добавлю ли я что-нибудь, затем пересек комнату к большому гардеробу. Изнутри он достал толстый черный халат с серебряными листьями, вышитыми вдоль рукавов и воротника, и протянул мне.