Он потряс головой, пытаясь прогнать туман.

«По одной вещи за раз. Соберись, думай трезво».

Но это ему никак не удавалось. В мозгу снова и снова истошно звучало: «Ядерная бомба!»

— Выходить наружу безопасно?

— Не бывает ничего безопасного, — заявила официантка.

Он не мог придумать, что на это ответить. Снова протер глаза, и белые пятна наконец-то исчезли настолько, что он смог выбраться из-под стола.

Логан закашлялся, пытаясь отдышаться, и провел рукой по волосам. Частицы пыли медленно осели на пол.

В воздухе кружилась густая серая пыль. Плитку усеивали обломки и стекло. Большинство столов и кабинок возле окна были сломаны и расколоты, как будто кто-то ударил по ним топором.

Только те, что стояли у дальней стены, включая кабинку, под которой он и официантка прятались, уцелели.

— Ох, черт. — Она смотрела ему за спину.

Логан обернулся и увидел зигзагообразные трещины, расползающиеся по боковым стенам коридора в задней части здания. Над входом в коридор виднелось серое, затянутое дымом небо.

Крыша над задней частью «Пивной хижины» частично обрушилась. Огромные куски бетона и кровли рухнули в коридор, который вел к туалетам, складу и комнате персонала.

Еще десять футов, и крыша погребла бы его под собой.

С другой стороны бара кто-то застонал.

— Что это было, черт возьми? — закричала женщина. — Что случилось?

— Ядерный взрыв, — мрачно ответила официантка.

— Не может быть, — не поверил ее словам опрятный белый парень со светлыми волосами, собранными в хвост на затылке. — Это было землетрясение!

— Торнадо, — выдвинул предположение кто-то еще. — Как ураган из стекла. Этот рев — самое ужасное, что я когда-либо слышал.

— Это была ядерная бомба. Как в новостях. — Хулио стоял за барной стойкой, залитый пивом и алкоголем из десятков разбитых бутылок, с кровью на лице. Осколки янтарного и прозрачного стекла пронзали его лицо, шею, руки, туловище.

Из правого бедра бармена торчал кусок размером с большой палец Логана.

— Тебе нужна медицинская помощь, — мрачно сказал Логан.

— Нет, я в порядке. — Хулио указал окровавленным пальцем в сторону. — Лучше ей помоги.

Блондинка лет сорока облокотилась на один из поваленных барных стульев рядом с молодым мужчиной с каштановыми волосами, собранными в хвост. Логан узнал в ней одну из завсегдатаев — Тамару Сантос.

Металлический прут длиной в три фута каким-то образом пробил разбитое окно и теперь торчал из живота несчастной. Она сжимала его побелевшими пальцами, а по кремовой шелковой блузке расходилось красное кольцо.

— Помогите мне! — кричал грузный лысый индиец лет пятидесяти. Его кожа приобрела пепельный оттенок. Он панически и неровно дышал. Взрывной волной мужчину выбросило из кресла, и он ударился о дальнюю стену.

Мужчина скорчился на полу среди стекла и обломков, прижимая к груди правую руку. Из кровавой раны на предплечье торчал белый осколок кости.

В нескольких метрах от него старый Уолтер тяжело прислонился к стойке, прерывисто дыша и потирая грудную клетку. Из нескольких порезов на его морщинистом лбу сочилась кровь.

— Кажется, я сломал ребро и не могу нормально двигать ногой. Вызовите скорую!

— Они не придут. — Официантка провела рукой по лицу, оставив на предплечье кровавую полосу. Она, спотыкаясь, подошла к разбитым окнам. По краям рам торчали острые осколки стекла. — Никто не придет.

Логан последовал за ней, пробираясь сквозь обломки: опрокинутые и сломанные барные стулья, упавший потолочный вентилятор, одна из лопастей которого все еще лениво вращалась.

Сквозь звон в ушах до него доносились другие звуки. Сигнализация автомобилей. Крики, вопли и отчаянные призывы о помощи. В нос ударил запах бензина и горящей резины.

Но от увиденного зрелища у него перехватило дыхание, а внутренности заледенели.

Жилой дом напротив был наполовину разрушен, как будто по его левой стороне ударили строительным снарядом. Огромные куски кирпича и бетона вывалились из здания и разбились об асфальт.

Кусок размером с небольшой коттедж придавил легковой автомобиль. Теперь от него осталось лишь искореженное металлическое месиво, колеса едва виднелись под толщей обломков.

Дальше по улице дымилась и горела куча из по меньшей мере тридцати машин, смятые каркасы грузовиков, фургонов и легковых автомобилей едва можно было различить.