— Полиция… — начала Шей.

— Их больше нет. — Бандит жестко рассмеялся. — Мертвы или бежали, никакой разницы. Когда дым рассеется, мы будем контролировать положение. И мы лучше справимся с управлением городом.

Логан, пригнувшись, бросился к следующему стеллажу. Несколько рукавов порхнули от его движения.

Он затаил дыхание и замер в ожидании.

Изгой начал поворачиваться.

— А что насчет радиоактивных осадков? — быстро спросила Дакота. — Радиация все еще повсюду…

— Херня, правительство просто нас обманывает, чтобы мы боялись и не высовывались на улицу. Они ничего не знают. С неба ничего не падает.

Логан выглянул из-за стеллажа. Свет из витрин магазина был тусклым и грязным.

Фонарик Дакоты светил в потолок, но Логан все равно смог разглядеть сцену перед собой.

В пяти метрах слева от него Изгой прислонился к белой стойке рядом с одним из кассовых аппаратов.

Невысокий и худощавый латиноамериканец, примерно двадцати лет отроду, щеголял в обвисших шортах и серой майке-безрукавке. Обе его светло-коричневые руки украшали бандитские и тюремные татуировки. Сальные черные волосы прилипли к голове и шее.

Он держал карабин M4 низко, одной рукой, как Рэмбо в кино, а значит, не был хорошо обучен и не знал силы своего оружия.

Но Дакота и остальные стояли всего в пятнадцати футах от него.

Придурок все еще мог легко убить их всех троих беспорядочной стрельбой.

— Если я просто отпущу воров на свободу, этот прекрасный город погрузится в анархию, — пафосно продолжил Изгой. — Этого нельзя допустить.

— Согласен, — дружелюбно проговорил Хулио. — Преступность в Майами уже давно серьезная проблема. А теперь, без полиции? Станет еще хуже. Вы хорошие люди, раз добровольно взялись за это.

Парень фыркнул.

— Чертовски верно. Теперь правила устанавливают «Кровавые Изгои». Мы те, кто будет поддерживать порядок, чуешь?

Логан наблюдал, как Дакота и Хулио обменялись напряженными взглядами.

— Мы не воры, — твердо сказала Дакота. — Мы ничего не брали.

— Вы должны внести свой вклад в общее дело. Защищать город от преступных элементов непросто.

— У нас нет ничего… — начала Шей.

Хулио поднял руку, призывая ее к молчанию.

— Я уверен, что вы делаете все возможное. Чтобы защитить город, нужно немало.

Изгой согласно кивнул, его колено нервно подрагивало.

— Мы усердно работаем над наведением порядка!

— И мы это ценим, — спокойно и уверенно сказал Хулио. — Добропорядочные жители Майами это ценят.

Изгой только закатил глаза.

— Пофиг, чувак.

Хулио изо всех сил пытался образумить парня, соглашаясь со всем, сочувствуя его беде, какой бы надуманной она ни была. Точно так же он делал с агрессивными выпивохами в «Пивной хижине», что Логан видел сотни раз.

Но бандит был слишком взвинчен.

— Выворачивай карманы, — потребовал он, хрипло закашлявшись. — Сними это кольцо. Да, я вижу его. Брось на стол.

— Пожалуйста, — взмолился Хулио, и в его голосе впервые послышался страх. — Это мое обручальное кольцо. Мы женаты двадцать шесть лет. Оно ничего не стоит…

— Это золото, оно точно не пропадет. Мы уже обошли все ювелирные магазины в городе. Мы затариваемся золотом и бриллиантами. Золото — валюта будущего. — Изгой взмахнул карабином в их сторону. — Золото, наркотики и пули.

— У меня есть наличные, — быстро сказала Дакота. — Пусть кольцо останется у него. Я дам тебе пятьсот баксов.

— Деньги больше ни на что не годятся. Этот совет я даю тебе бесплатно. Снимай кольцо. Живо.

Хулио в нерешительности потер свое кольцо.

— Просто сделай это, — настойчиво попросила Дакота.

На секунду она бросила взгляд поверх плеча бандита.

Логан знал, что официантка его видит, но ее взгляд не остановился на нем. Ее глаза ничего не выдали.

— Что бы он ни сказал, делай это.

— Это просто вещь, — прошептала Шей. — Это не она. Все хорошо.

Хулио кивнул и поднял кольцо.

— Вот. Я заплачу налог. Прими его в знак благодарности за все, что ты сделал.

Кровавый Изгой нахмурился, заподозрив подвох.

Логан наблюдал, как Хулио шагнул вперед и аккуратно положил обручальное кольцо на стойку. Изгой схватил кольцо свободной рукой и сунул в карман.

Гнев смешался с гулом в крови Логана.

За все те месяцы, что он регулярно заходил в «Пивную хижину», Хулио проявлял только доброту и вежливость. Он всегда с любовью рассказывал о своей жене, один из редких по-настоящему счастливых браков.