— Хочешь сказать, что оставляешь наш конфликт в прошлом? — спросила, почему-то сомневаясь в этом. Что-то у меня не сходилось.

— А ты? До сих пор ненавидишь меня? — судя по голосу, Картер подошел ближе, но я до сих пор не оборачивалась к нему. Сейчас смотрела на бассейн во дворе этого комплекса. Моя жизнь на самом дне, а смотря на воду, я только и могла думать о том, как было бы классно там поплавать.

Но всё же вопрос Картера по мне ударил. Сильно. И какого ответа он ожидал?

— Скажем так, я прекрасно помню все, что ты со мной делал и никогда этого не забуду.

Сделав глубокий вдох, я закрыла глаза и пальцами потерла веки. Несмотря на то, что его энергетика пропитывала воздух раздирающей тяжестью, враждебности я не ощущала. Во всяком случае, не по отношению ко мне.

Значит, и я не должна нагнетать. Мне же еще помощи следовало просить.

— Но, мы ведь тогда были детьми, поэтому, наверное, и правда будет лучше закрыть глаза на прошлые конфликты. Если ты тоже этого хочешь, — произнося эти слова, я ощутила желание откусить себе язык. Оказывается, перешагивать через ненависть не просто. Тем более, между нами имелись не только прошлые конфликты, но и теперешние.

Черт, да он вообще самый последний альфа, с которым я хотела хоть как-то взаимодействовать.

Потушив сигарету, Картер подошел ко мне ближе. Так, что уже теперь стоял прямо за моей спиной и, несмотря на то, что внешне он выглядел более закрытым, интуитивно я улавливала то, от чего создавалось скверное ощущение, что уже теперь альфу ломало еще сильнее.

— Может, тебе следует поехать в больницу? — спросила, делая маленький шаг к окну. Уже становясь к нему вплотную. Главное, подальше от Картера. — Ты выглядишь не очень и, если к тебе вернулось больше воспоминаний, думаю, тебе, как минимум, нужно пройти консультацию.

— Мне сейчас вообще много всего нужно сделать, — его ладонь легла на окно рядом с моей талией. — Но это подождет. В первую очередь ты.

Я замерла, ощущая, что, кажется, он наклонился к моей шее.

— Что ты делаешь? — нервно спросила.

— В детстве ты в основном в платьях ходила, — дыхание Картера обожгло кожу рядом с ухом.

— Во что влазила, в том и ходила, — процедила, сквозь плотно стиснутые зубы.

— Помнишь, как ты постоянно путалась в них, когда мы по саду бегали? — голос альфы стал тише и от этого опаснее.

— Помню. Ты успевал меня подхватывать до того, как я падала. Может, все-таки отойдешь от меня? — я локтем уперлась в торс альфы, а казалось, что пыталась оттолкнуть стену.

— Ты пекла для меня печенье. В той нашей комнате постоянно ждала, когда у меня закончатся занятия. Обрабатывала ссадины. Пальцами часто прикасалась к волосам и рассказывала про мир, который для меня был больше, чем запретным, — уже теперь слова Картера раскаленными углями прошли по коже и мне это совершенно не понравилось.

— Да отойди же ты, — я попыталась вывернуться. Не получилось. Картер тут же оперся о стекло с другой стороны, задерживая меня в своих руках словно в капканах. — Какого черта ты меня зажимаешь?

— Потому, что хочу, — его губы практически коснулись моего уха, а я дернулась от этого так, словно к моему виску пистолет приставили.

— В каком это смысле «хочешь»? — переспросила, стиснув зубы.

— Ты же тоже что-то чувствуешь? — Картер положил руку на мою поясницу. Это прикосновение кипятком обожгло, но я, воспользовавшись моментом, тут же выскользнула в сторону и отошла. Картер остался стоять на месте, но перевел на меня медленный взгляд. — Ты сама сказала, что в детстве я для тебя был больше, чем частью в жизни. И в универе ты говорила, что влюбилась в меня.

— Что я должна была почувствовать? — отойдя к дивану, я остановилась, но напряглась настолько, что даже ладони сами по себе сжались в кулаки. — В прошлом у нас была просто детская дружба. А тут в университете.… Я просто не поняла своих чувств, ведь, когда я встретила Клейна, поняла, что такое любовь, а про тебя, как про альфу вообще забыла.

Черты лица Картера окаменели и я, сделав еще шаг назад, в ужасе спросила:

— Я нравлюсь тебе, как бета? — самой захотелось иронично рассмеяться из-за этого вопроса, настолько идиотским он казался.

Некоторое время Картер молча смотрел на меня и под его взглядом, я ощущала себя так, словно подо мной разожгли огонь и приготовили к казни.

Но, в итоге положив ладони в карманы толстовки и, отведя взгляд в сторону окна, он спросил:

— Ты хочешь есть?

— Есть? — переспросила, сдвинув брови на переносице.

— Да. Ты все равно никуда не уйдешь, но держать тебя голодной я не собираюсь.

— Почему это я никуда не уйду? — против воли мой взгляд метнулся в сторону двери.