Пройдя дальше, я села на край кровати. Затем вовсе взобралась на нее с ногами.

Того, что я только что услышала, было мало для каких-либо выводов. В конце концов, когда ты улавливаешь лишь кусок диалога, не зная всей предыстории, значение фраз может быть далеко не таким, как ты его уловила.

Но… неужели Картер настолько сожалел о том, что сделал со мной в детстве?

В те времена он являлся действительно беспощадным и я бы в жизни не поверила, что альфа вообще хоть о чем-то может сожалеть.

Упав на кровать, я запрокинула голову и посмотрела на потолок. Мне изначально было странно то, что Картер вообще меня искал. И то, что хотел встретиться со мной. Зачем? Почему? Никакого хорошего смысла я в этом не улавливала. В конце концов, разве в Картере может быть это самое хорошее? Да и даже если бы он сожалел, разве то, что было можно простить и забыть? И я понимала, что то, что было в детстве нельзя ровнять на то, что происходит сейчас. Просто для меня это являлось показателем того, что внутри Картера сидит безжалостный, жуткий зверь. И я знала, что он способен на все, что угодно.

Подняв ладонь, я потерла лицо, затем перевернулась на живот. Закрыла глаза и задержала дыхание.

Все слишком сложно.

Разговор Картера и Кели продолжался достаточно долго. Я не взяла с собой телефон и в спальне не было часов, поэтому я толком не понимала сколько времени прошло, но создавалось ощущение, что точно не меньше получаса.

Пока я наконец-то не услышала шаги. Вскоре открылась дверь и в спальню вошел Картер.

— Вы уже закончили? — садясь на кровати, я посмотрела на него. Глаза темные, мрачные. Аура настолько тяжелая, что я кожей ощутила то давление, от которого становилось не по себе.

— Нет, — снимая галстук, Картер подошел к шкафу.

— Но Кели сейчас…

— В этой квартире ее нет.

Я еле заметно кивнула, наблюдая за тем, как Картер расстегивал рубашку. На ладонях все еще были выступившие вены.

— Ты не сказал ей о том, что Лили Гарсия это я?

— Не посчитал это нужным.

Картер ушел в душ, а я направилась на кухню. Там заметила то, что моя запеканка была в мусорном ведре. Судя по всему, Кели ее выбросила, когда охранники вышвыривали меня из комплекса. Шумно выдохнув, я открыла холодильник, пытаясь придумать, что можно приготовить из тех продуктов которые остались. Есть не особо хотелось, но следовало себя хоть чем-то занять. Иначе вновь прошибало далеко не самыми радостными мыслями — ситуацией с Картером и тем, что вообще-то я завтра или послезавтра пробужусь.

Выйдя в коридор я хотела найти Картера. Спросить может ли курьер привезти мяса. Или чтобы я сама сходила за ним, но, издалека услышав голос альфы, я остановилась.

— Закрой счета Кели Милер и её матери. Перекрой доступ к тем деньгам, которые я им переводил и проследи за тем, чтобы их немедленно вышвырнули на улицу.

Опершись ладонью о стену, я развернулась и пошла обратно на кухню.

Находясь на кухне, я слышала, что Картер вновь с кем-то разговаривал по телефону. Кажется, со своим отцом. Это было ожидаемо. Всё-таки, сегодня он разорвал отношения с той бетой, которая уже совсем скоро должна была стать его женой. Ко всему прочему, Кели и её мать все эти годы получала поддержку семьи Картера. Я не знала всех масштабов этой поддержки, лишь догадывалась, что она явно не маленькая. Все-таки, семья Картера пыталась вывести Кели на высокий статус, а теперь альфа её всего этого лишил.

Подойдя к кофемашине, я замерла. Понимала, что подслушивать нельзя, но все же сейчас это делала. Вот только, все равно слышала лишь обрывки слов. Слишком мало для того, чтобы понять хоть что-нибудь.

Но, кажется, Картер дал понять, что Кели все эти годы лгала и то, что его родители в прошлом нашли не ту бету. То, что мать Кели обманула и их.

А ведь она манипулировала, лгала и пыталась добиться расположения. Благодаря этому, вместе со своей дочерью годами получала роскошную жизнь. И вот я задумалась. О родителях Картера я знала не много. Или, вернее, почти ничего, но отдаленно я слышала, что его отец жесткий и даже жестокий альфа. То, что в деловых вопросах он непреклонен и, более того, кровожаден. Он ведь владел целым конгломератом и его тяжелый характер и жесткое хладнокровие рушило тех, кто хотел пойти против его семьи. А тут получалось, что его обманула какая-то там женщина.

Но, судя по обрывкам слов, которые я услышала, Картер сказал, что сам во всём разберётся. Он лишь ставил отца в известность о том, что происходит. И, кажется, он сказал о том, что память полностью вернулась и о том, что он уже нашел ту бету, которую нужно и теперь она рядом с ним.

Это же про меня?

Я свела брови на переносице. Не слишком ли много чести для меня?

Чем больше всего происходило, тем больше мне подобное не нравилось. То, что Картер меня искал и то, что Кели была рядом с ним притворяясь мной. Разве между нами в прошлом была не просто детская дружба? Да и она закончилась паршиво. Тогда вообще происходило то, из-за чего я была уверена — Картер мне смерти желает. Еще немного и довел бы до неё.

И мне не нравилось разбирать всю эту ситуацию с прошлым и теперешним. Она слишком ненормальная и во мне ничем хорошим не отзывалась.

Всё ещё пытаясь прислушаться к разговору, я уловила то, что что-то зажужжало и, обернувшись, поняла, что звонил телефон. Подойдя к столу, замерла.

На дисплее высветился номер Клейна.

За последнее время от него было очень много пропущенных звонков. И сообщений, которые я даже не открывала. Не смела этого делать. Боялась.

И именно в этом ощущала себя особенно ущербно. Кто бы знал, что порвать с альфой, который тебе настолько сильно нравится, будет так трудно? Но больше я откладывать это не могла. И так из-за своей слабости по отношению к Джаду вела себя, как самая последняя сука.