– У тебя такой вид, будто тебе клоуны першем по башке дали, – говорит Роуз.

Слоан изумленно моргает.

– Э-э-э… Если честно, не поняла ни слова. Но это не он меня избил, правда!

– Ну да, конечно, – хмыкает Роуз, закатив глаза в точности как Слоан. – Просто толкнул тебя разок, да? Не хотел обидеть – случайно… Не вздумай защищать этого урода, милая моя! Я сейчас яйца ему отрежу, – рычит она, тыча в мою сторону ножом.

Я пытаюсь выбить его костылем, но девчонка уворачивается, а Слоан встает между нами.

– Нет, правда. Вот, видишь? Логотип «кархарт». – Она приподнимает кепку и указывает на отпечатавшийся во лбу кружок. Потом машет рукой в мою сторону. – А у него «конверсы».

– И где же та тварь, которая тебя так разукрасила?

– Сдохла.

– А это что за урод с тобой?

– Его зовут Роуэн, – говорит Слоан.

Роуз щурится, словно требуя пояснений.

– Он мой… э-э-э… Мы с ним… Ну, типа парень.

Роуз кривится, а я фыркаю и повторяю:

– «Типа парень»… Метко сказано.

– Заткнись, – шипит Слоан, оглядываясь через плечо, будто сомневаясь, стоит ли сообщать странной девице, что я брат Фионна. – Хоть бы помог, пока меня не зарезали.

Я качаю головой.

– Нет уж, лучше помолчу.

Слоан стонет и закатывает глаза – наверное, чтобы Роуз обзавидовалась. Она снова поворачивается к бешеной девице.

– Слушай, мне срочно нужно к врачу. Фионн ведь практикует, верно? А еще он брат этого остолопа.

Роуз недоверчиво косится на нас, долго раздумывает, но все-таки достает из кармана телефон. Держа нож наготове, она на секунду отводит взгляд, выбирая нужный номер из списка контактов. В трубке слышится гудок. Роуз прижимает телефон к уху, и из динамика раздается приглушенный голос Фионна.

– Здесь избитая девица с верзилой, который представился твоим братом. Он спер у меня костыль, – в двух словах описывает ситуацию Роуз. Фионн что-то неразборчиво говорит; она слушает, потом, вперив в меня злобный взгляд, дергает подбородком. – Назови свое детское прозвище.

Побледнев, я кошусь в сторону Слоан и трясу головой.

– Ни за что.

Девица, судя по зловещей ухмылке, ужасно рада.

– Вот и славненько. Значит, отрежу тебе яйца.

– Да? Подойди и попробуй! – рычу я и тычу в нее резиновым концом костыля.

Слоан отодвигает его в сторону.

– Господи, прекратите немедленно! У меня выбито плечо, если не заметили. Мне срочно нужен врач!

Она поворачивается, демонстрируя безвольно висящую конечность, делает тоскливые глазки и выпячивает нижнюю губу. Моя решимость стремительно тает. Я понимаю, что она играет, однако устоять не могу.

– Пожалуйста…

Протяжно застонав, я закрываю лицо руками.

– Черт. Ладно.

Обе девушки смотрят на меня, нетерпеливо вскинув брови.

– Дерьмотряс.

Они переглядываются. Настает момент благословенной тишины. Затем раздается дружный хохот.

Роуз пересказывает мой ответ Фионну, тот громко гогочет в трубку, дает ей какие-то краткие указания и отключается. Она убирает телефон в карман и прячет клинок в ножны. Слоан отбирает у меня костыль и возвращает девушке.

Супер. Кажется, эти двое нашли общий язык.

– Ладно, Дерьмотряс, проверку ты прошел. Фионн будет дома через пятнадцать минут; сам с тобой разберется.

– Погоди. Ты не объяснила, какого хрена здесь делаешь! – возмущаюсь я.

Роуз, разглядывая меня, презрительно ухмыляется.

– Скажем так, мистер Дерьмотряс, я «типа подружка» Фионна.

Слоан фыркает со смеху. Я беру ее под локоть и веду к дивану, краем глаза продолжая следить за полоумной девицей.

– Господи помилуй…

Роуз ковыляет прочь, бормоча под нос что-то про «цирк с конями». Она садится за обеденный стол, а я, убедившись, что девица не планирует больше кидаться на нас с костылями и мачете, переключаю внимание на Слоан. Подкладываю подушки под ее левый бок. По себе знаю, каково это – когда падаешь от усталости, не в силах держать глаза открытыми, а тело терзает нестерпимая боль. Когда Слоан перестает возиться, найдя удобную позу, я опускаюсь перед ней на колени и убираю с лица темные волосы.

– Выпить хочешь?

Она кивает, прищурив глаза от боли, которая усиливается по мере того, как иссякает адреналин.

– Что-нибудь еще?

Между бровей у нее образуется складка. Слоан неотрывно смотрит на меня. Я чувствую ее боль как свою собственную.

– Хочу…

Она осекается, на миг отведя взгляд. На щеке появляется ямочка – явный признак грядущей насмешки. Я с трудом удерживаюсь, чтобы не застонать в полный голос.

– Хочу знать, откуда взялось твое прозвище.