Любовь.

По-моему, он сумасшедший. Ну, иди, иди.

Трощейкин.

Я сейчас. (Убегает налево.)

Секунды три Любовь одна. Раздается звонок. Она сперва застывает и затем быстро уходит направо. Сцена пуста. В открытую дверь слышно, как говорит Мешаев Второй, и вот он входит с корзиной яблок, сопровождаемый Любовью. Его внешность явствует из последующих реплик.

Мешаев Второй.

Так я, наверное, не ошибся? Здесь

обитает г-жа Опояшина?

Любовь.

Да, это моя мать.

Мешаев Второй.

А, очень приятно!

Любовь.

Можете поставить сюда...

Мешаев Второй.

Нет, зачем, -- я просто на пол. Понимаете, какая штука: брат мне наказал явиться сюда, как только приеду. Он уже тут? Неужели я первый гость?

Любовь.

Собственно, вас ждали днем, к чаю. Но это ничего. Я сейчас посмотрю, мама, вероятно, еще не спит.

Мешаев Второй.

Боже мой, значит, случилась путаница? Экая история! Простите... Я страшно смущен. Не будите ее, пожалуйста. Вот я принес яблочков, и передайте ей, кроме того, мои извинения. А я уж пойду...

Любовь.

Да нет, что вы, садитесь. Если она только не спит, она будет очень рада.

Входит Трощейкин и замирает.

Алеша, это брат Осипа Михеевича.

Трощейкин.

Брат? А, да, конечно. Пожалуйста.

Мешаев Второй.

Мне так совестно... Я не имею чести лично знать госпожу Опояшину. Но несколько дней тому назад я известил Осипа, что приеду сюда по делу, а он мне вчера в ответ: вали прямо с вокзала на именины, там, дескать, встретимся.

Любовь.

Я сейчас ей скажу. (Уходит.)

Мешаев Второй.

Так как я писал ему, что приеду с вечерним скорым, то из его ответа я естественно заключил, что прием у госпожи Опояшиной именно вечером. Либо я переврал час прихода поезда, либо он прочел невнимательно -- второе вероятнее. Весьма, весьма неудачно. А вы, значит, сын?

Трощейкин.

Зять.

Мешаев Второй.

А, супруг этой милой дамы. Так-так. Я вижу, вы удивлены моим с братом сходством.

Трощейкин.

Ну, знаете, меня сегодня ничто не может удивить. У меня крупные неприятности...

Мешаев Второй.

Да, все жалуются. Жили бы в деревне!

Трощейкин.

Но, действительно, сходство любопытное.

Мешаев Второй.

Сегодня совершенно случайно я встретил одного остряка, которого не видел с юности: он когда-то выразился в том смысле, что меня и брата играет один и тот же актер, но брата хорошо, а меня худо.

Трощейкин.

Вы как будто лысее.

Мешаев Второй.

Увы! Восковой кумпол, как говорится.

Трощейкин.

Простите, что зеваю. Это чисто нервное.

Мешаев Второй.

Городская жизнь, ничего не поделаешь. Вот я -- безвыездно торчу в своей благословенной глуши -- что ж, уже лет десять. Газет не читаю, развожу кур с мохрами, пропасть ребятишек, фруктовые деревья, жена -- во! Приехал торговать трактор. Вы что, с моим братом хороши? Или только видели его у бель-мер?

Трощейкин.

Да. У бель -- парастите... па-пажалста...

Мешаев Второй.

Ради бога. Да... мы с ним не ахти как ладим. Я его давненько не видел, несколько лет, и признаться, мы разлукой не очень тяготимся. Но раз решил приехать -- неудобно, знаете, -- известил. Начинаю думать, что он просто хотел мне свинью подложить: этим ограничивается его понятие о скотоводстве.

Трощейкин.

Да, это бывает... Я тоже мало смыслю...

Мешаев Второй.

Насколько я понял из его письма, госпожа Опояшина литераторша? Я, увы, не очень слежу за литературой!

Трощейкин.

Ну, это литература такая, знаете... неуследимо бесследная. Ох-ха-а-а.

Мешаев Второй.

И она, видимо, тоже рисует.

Трощейкин.

Нет-нет. Это моя мастерская.

Мешаев Второй.

А, значит, вы живописец! Интересно. Я сам немножко на зимнем досуге этим занимался. Да вот еще -- оккультными науками развлекался одно время. Так это ваши картины... Позвольте взглянуть. (Надевает пенсне.)

Трощейкин.

Сделайте одолжение.

Пауза.