А он доберется.

До ушей Джея донесся еще один свистящий звук, прерванный резкий рыком Ророноа Зоро и глухим ударом о стену. После чего в трубке начали раздаваться размеренные, ровные шаги, которые парень совершенно не узнал. Снайпер отвлекся от картин красочной мести и сосредоточенно нахмурился. Очевидно, он начал подходить к ДенДену. И, судя по ранее сказанному Кошкой Воровкой… он был Дракулем Михоуком. Дядей Эм.

Внезапно, все стало гораздо яснее. Похоже многострадальный и очень путаный маршрут великого фехтовальщика, наконец, завершился на корабле Мугивар. И одна Кошка Воровка была очень взволнована по этому поводу.

– Вот, сэр, – очень вежливо и крайне осторожно сказала Кошка Воровка, передавая кому-то трубку.

Из трубки донеслось легкое шуршание, после чего нервная и слегка паникующая мордочка ДенДена разгладилась и приняла ровное, в чем-то стоическое суровое выражение.

– Тереза, – кратко произнес ДенДен.

Эм осталась молча сидеть и спокойно смотреть на суровую улитку.

– Ты не оставишь его, – кратко произнес ДенДен.

Джей сосредоточенно нахмурился, пытаясь понять, что этот странный человек имеет ввиду.

– Да, – спокойно ответила Эм, похоже прекрасно понявшая, что мечник пытается сказать.

Джей не в первый раз оценил какой-то уникальный способ общения, которым пользовались все известные ему мечники. Зоро и Эм тоже сразу научились общаться взаимными хмыками и редкими одобрительными кивками... хотя, в этом случае даже хмыков не было. Иногда парень ощущал легкую зависть к этому тонкому языку, доступному всем высокопрофессиональным фехтовальщикам. Если бы у снайперов было что-то подобное, многие ОЧЕНЬ неловкие беседы с отцом могли бы никогда не состояться.

Суровые глаза улитки, тем временем, слегка прищурились, и внезапно… Дракуль слегка устало вздохнул.

– Я не смогу заставить тебя передумать, – ровно произнес Дракуль Михоук. – Очевидно… это путь, которому ты выбрала следовать, – спокойно сказал мужчина.

– Да, – снова ответила Эм. – Ты хочешь помешать мне? – с легким вызовом спросила девушка.

В этот момент Джей смутно ощутил, что как-то участвует в этом странном диалоге. Ему не очень понравилось это чувство.

– Нет… я не буду мешать тебе следовать своему пути. Сковать тебя снова, после того, как ты разрушила предыдущие оковы и выбрала свой путь, было бы более жестоко, чем убить, – спокойно произнесла улитка. – Но я бы… если ты не… я оставлю этому экипажу свой номер ДенДена. Я бы хотел иногда… говорить с вами, – ровно произнес Дракуль Михоук. – Если вы не против, – все тем же спокойным как Тихое Море голосом произнес мечник.

На некоторое время на огороженной стенами территории повисла тяжелая, свинцовая тишина. Джей лежал и пристально смотрел на невозмутимое лицо Эм… Эм сидела и смотрела на такое же невозмутимое лицо лежащей на ее ладони улитки. Тишина уверенно затягивалась и становилась все более гнетущей с каждой проходящей мимо секундой. Мордочка улитки оставалась совершенно невозмутимой и мертвенно спокойной.

Внезапно лицо Эм слегка дрогнуло, и она как-то робко открыла рот.

– Ты… – медленно произнесла девушка. – Ты знаешь… – тут Эм замерла и странно нерешительно сжала панцирь улитки. – Я помню… цветы. Там было поле… и много… много цветов. Ты знаешь… где это место? – слегка нервно спросила мечница.

На линии снова повисла гнетущая, тяжелая тишина. Только в этот раз, источник тишины был с другого конца линии.

– Да, – кратко сказал Дракуль. – Это поля моей родины, – сухо ответил мужчина.

В глазах Эм появился легкий, взволнованный блеск. Джей удивленно застыл, наблюдая за этим необычным зрелищем.

– Они… какого они цвета? Эти цветы? – почти робко спросила девушка.

В этот момент Джей заметил, что поза девушки крайне напряжена, будто ответ для нее крайне важен.

– Белого, – кратко ответил мечник.

И на этих словах, тело мечницы резко расслабилось, будто из него ушло какое-то тяжелое, гнетущее предчувствие. Ее до желтизны сжимавшие ДенДен пальцы разжались, плечи облегченно опустились, а на лице появилась легкая, еле заметная улыбка. Джей удивленно наблюдал за этой метаморфозой.

– Хорошо, – просто сказала Эм. – Я… не люблю… красные цветы, – медленно произнесла девушка.

После этих слов, на линии снова повисла гнетущая, тяжелая тишина. Весь этот разговор был крайне отрывистым и ужасающе гнетущим, но этот уровень напряжения стремительно бил все уровни напряжения предыдущей беседы разом.

– Я тоже, – наконец ответил величайший мечник. После этих слов, мордочка улитки стала ужасающе мрачной. Казалось еще немного, и от ДенДена начнет исходить толстый слой инея.

На этом Джей уверенно сдвинул свой первый разговор с отцом с его пьедестала «Самый неловкий разговор по ДенДену в истории» и поставил туда эту беседу. Очевидно, даже тайный язык мечников не смог одолеть антикоммуникативные способности Эм и ее дяди.

И, похоже, что этот разговор достиг настолько эпичных масштабов неловкости, что это осознала даже Эм.