– Это был я, - сказал Итан, его темные глаза нашли Трея.
– Я действительно что-то правильно сказал?

Трей кивнул.

– Чудеса случаются. Я сожалею о том, что я сказал о тебе и Брайане тогда в машине.

Трей съежился. Он почти забыл, с чего началось напряжение между ними в первую очередь.

– Тебе обязательно поднимать этот вопрос сейчас?

– Я не могу перестать думать о том, сколько раз я разочаровывал тебя сегодня. Я все еще так чертовски завидую Брайану, что не могу этого вынести. Знать, что ты любил другого мужчину с такой яростью...

Трей накрыл губы Итана пальцами.

– Остановись, ты пока впереди всех.

– И когда ты просил в похоронном бюро, я хотел поцеловать тебя, - продолжил Итан, его слова слегка искажались пальцами Трея.
– Я всегда хочу, чтобы мой рот был на тебе, но...

– Ты боишься.

Трей знал, что Итан был жестоким человеком, он ничего не боялся, но он тяжело сглотнул и кивнул. Его пальцы запутались в рубашке на пояснице Трея, чтобы притянуть его ближе. Трей коснулся лица Итана и удержал его взгляд.

– Выйти из шкафа не так уж плохо, - сказал Трей.
– В голове всегда гораздо хуже, чем на самом деле.

– Тебе легко говорить. У тебя такая семья, которая поддержит тебя во всем. Не всем из нас так повезло.

– Ты мало говоришь о своей семье, - сказал Трей, наклонив голову.
– Они действительно такие ужасные?

– Я не могу жаловаться. Мама любит меня всем сердцем, и я думаю, что она смирилась бы с моей бисексуальностью. Не уверен, что она справится с тем, что я никогда не подарю ей внуков. Она обожает Рейган и всегда твердит о том, каких милых детишек мы бы сделали вместе. Мой отчим держит меня на расстоянии вытянутой руки, но он не так уж ласков со своими собственными сыновьями, так что я не очень беспокоюсь о его реакции. Это мои братья. Они всегда относились ко мне как к одному из них, хотя у меня другой отец. Может быть, потому, что я самый старший и всегда был рядом. Но независимо от того, насколько близки мы были в прошлом, я знаю, что они не примут этого во мне.

– Почему ты так говоришь?

Взгляд Итана переместился поверх головы Трея.

– Они презирают гомосексуалистов. Ненавидят их на патологическом уровне. В школе был один парень-гей, которого они безжалостно преследовали и запугивали. Они причинили ему боль, Трей. Достаточно сильно, чтобы в конце концов, отправить его в больницу. Но он был слишком напуган, чтобы рассказать о них, и хотя я знал, кто несет ответственность, я не мог выдать своих братьев. Они были семьей.

– Не для того, чтобы оправдывать то, что они сделали, но они были детьми, когда это случилось, Итан. Конечно, теперь, когда они взрослые...

Итан покачал головой.

– Неизвестно, что бы они сделали, если бы узнали, что я один из тех извращенных уродов, которых они ненавидят.

– Ты их боишься?

– Не того, что они могут сделать со мной, а о того, что они способны сделать с тобой. Если они когда-нибудь причинят тебе боль...

– Я не боюсь. Они в Техасе, мы в Калифорнии. Скоро мы будем в Европе. Они не представляют угрозы.

Итан слегка кивнул, но Трей был уверен, что более глубокая проблема снедала человека, медленно выходящего из эмоциональной подавленности, вызванной им самим.

– Ты действительно думаешь, что они попытаются причинить мне вред?
– Был ли Итан, правда, так напуган, или они были его оправданием, чтобы сохранить свою тайну в тайне?

Итан пожал плечами.

– Честно говоря, я не знаю.

Может быть, глубоко внутри Итан был очень похож на него, и именно поэтому они соединились.

– Или это больше похоже на проблему, с которой я столкнулся, когда открылся своей семье?

– У тебя были проблемы?

Трей кивнул, его руки крепче обхватили Итана.

– Больше всего я боялся, когда открылся, что стану для них разочарованием. Я не хотел их подводить. Я хотел оправдать их ожидания, и я думал, что знаю, каковы были эти ожидания.

Итан на мгновение переварил его слова, а затем кивнул.

– Но потом я подумал, что если они все еще будут разговаривать со мной, даже если я не поступлю в медицинскую школу и не последую за прославленной и прибыльной медицинской карьерой моего отца своей собственной, то бисексуальность, вероятно, не была слишком большим разочарованием.

Одна из бровей Итана приподнялась.

– Значит, ты не просто открылся как гей, ты открылся как бисексуал?

Трей улыбнулся.

– Я открылся как я, вот и все. Если люди не могут принять тебя таким, какой ты есть, значит, они тебе не нужны в твоей жизни, я прав?

– Я действительно ограничу свой круг друзей и семьи, тебе не кажется?

Трей покачал головой.

– Все важные люди в твоей жизни будут рядом с тобой. Я буду рядом с тобой.