Бой был закончен, и я уже рассчитывал, что меня как обычно выкинет в реальный мир. Но сон не собирался заканчиваться, и я уже видел, как начинает всходить солнце и пусть из-за туч его не было видно, но становилось светло и мир вокруг менялся. Туман рассеивался и на склоне холма можно было увидеть лежащие тела японцев. Подсчёты были не моей сильной стороной, но посчитать три десятка неподвижных тел было не такой и большой проблемой. Количество убитых с одной стороны казалось не таким и большим, но с другой стороны были ещё и раненые, которых наверняка то же было не малое количество. У советских солдат тоже были потери, но из-за того, что их быстро унесли количество погибших мне узнать было не суждено. И даже сделать простое математическое выражение было-осталось, также не представлялось возможным по одной простой причине. Первая волна атаки была отбита и количество советских солдат в окопах быстро уменьшилось. И теперь из окопов выглядывали только дозорные, которые следили за обстановкой.

Первая атака была отбита, но при этом хоть в окопах стало меньше народу, но было видно никто не собирался расслабляться. Даже башни танков сделав свои последние выстрелы застыли на месте словно несколько минут назад они не стреляли по своим врагам. Над полем боя повисло затишье и только туман медленно исчезал всё больше и больше обнажая поле боя. Туман исчезал и не успел он полностью обнажить подножье холма, как началась новая атака японцев.

Японцы бежали вперёд словно совсем недавно они уже не пытались взять холм. Я не мог понять о чём думают японцы, для меня холм представлял неприступную крепость, которую было невозможно захватить. Но по-видимому, японцы были не согласны с моим мнением так как с их стороны послышалась пулемётная очередь. Но безответной она была совсем недолго, из окопов открыли ответный огонь словно из ниоткуда взявшиеся советские солдаты. В этот момент мне начало казаться, что эта волна будет отбита с лёгкостью, ведь теперь не была тумана, который был на стороне нападающих. И поэтому я был уверен, что сейчас японцы получат по полной и откатившись назад уже не будут пытаться взять холм под свой контроль. Но я и в этот раз ошибся, японцы теряли своих соратников, но с какой-то сумасшедшей уверенностью продолжали двигаться вперёд. И самым непонятным для меня стало то, что японцы смогли во второй раз пройти большее расстояние и я даже начал испытывать беспокойство уже будучи неуверенным, что японцев смогут откинуть. Но когда японцам осталось пройти не больше десятка метров в них полетели гранаты и этот факт, как оказалось, стал решающим, и атака японцев захлебнулась. Японцы начали отступать, подхватывая своих раненых и оставляя на земле холма тела погибших. Количество тел на подножие холма увеличилось, но и в окопах хватало раненых и убитых. И глядя на всё это я понимал, что конфликт на этом не остановится и японцы точно будут пытаться захватить холм. Вот только следующей атаки я так и не увидел, так как сон мой неожиданно закончился.

Сон закончился и у меня тут же открылись глаза, я смотрел в потолок и чувствовал, как у меня по лбу катятся капли пота. Такого раньше со мной точно не было, ещё никогда я не просыпался весь в поту и со стучащим сердцем в груди. Что-то для меня изменилось, хотя я и раньше видел, как сражаются мои соотечественники, но только сейчас меня пробрало настолько сильно. Сделав несколько глубоких вздохов, я восстановил дыхание и начал чувствовать, как успокаивается дыхание.

— Что же с тобой происходит Вова? — зашептал я сам себе под нос, — что же для тебя такое произошло, скажи мне, ведь я очень хочу узнать, что со мной происходит.

Можно конечно было подождать ответа, но его точно бы не последовало. Пролежав ещё немного я встал с кровати, после чего отправился в ванну привести себя в порядок. А через час я отправился на работу, где что и было разговор как о боях с японцами на острове Хасан. Люди рассуждали, дела домыслы, фантазировали, но каждый при этом был уверен, что мы выиграем это сражение и войну. Я же при этом только поддакивал, даже не думая делиться тем что знал. А вечером вернувшись в квартиру я уже хотел лечь скорее спать, чтобы увидеть продолжение. Дождавшись ночи, я наконец-то лёг спать, и на удивление заснул я быстро, но сон мой был мгновением, в котором я так ничего и не увидел. И так происходило каждый день и почему-то я больше не видел ни одного сражения за территорию вокруг озера.

Это было странно, но претензий мне некому было высказать, да и чем мне было быть недовольным, мне и так давали больше, чем кому-то ни было. Плохо, что информацию я теперь мог получать только из газет, которых у меня скопилось уже предостаточно. Каждый заголовок в этих газетах был красноречив и из него становилось чётко понятно о чём там будет говориться: «Самураи ответят головой за гнусные провокации», «Высота Заозёрная так и не была взята японцами! Вперёд! К новым победам! 'Красная армия дала жестокий урок японским захватчикам».

После последнего заголовка становилось понятно, что японцы проиграли, жаль конечно, что этого я так и не увидел, но ничего с этим я точно не мог поделать. Но расстраиваться из-за этого я и не собирался, да и некогда мне было это делать. Сейчас передо мной появилась другая забота. Сразу после того как советские солдаты одержали победу над японцами мне приснился сон, а в нём была знакомая мне хижина и в ней была открыта дверь. Меня приглашали войти, интересно только кто меня приглашал…

Хижина находилась на краю поляны, и я смотрел на неё. До сих пор я не мог дать однозначного ответа в том реальна она или нет, но то что она точно является необычным местом не было никаких сомнений. Но моей уверенности в необычности места было как-то маловато, чтобы сделать более детальные выводы. У меня не хватало знаний, и немаловажную роль в этом играл и тот факт, что на поляне с хижиной я бывал очень редко. А раз так, то мне следовало воспользоваться выдавшейся возможностью по максимуму. Смущало меня только одно, дверь в хижину была открыта и для этого явно были какие-то причины. Гадать об этих причинах можно было бесконечно долго, но единственным способом выяснить всё раз и навсегда было подойти к хижине и всё увидеть своими глазами.

Я глубоко вздохнул после чего решительно пошёл к дому. Быстро пройдя поляну, я немного потерял в уверенности и перед тем, как зайти в дом я решил заглянуть в окошко и оттуда убедиться, что мне не угрожает никакая опасность. Сделав шаг в сторону, я оказался напротив окна и заглянув в него постарался хоть что-нибудь рассмотреть. Заглянув практически в каждый уголок дома, я не увидел ничего опасного и даже в какой-то момент успел расстроиться тому факту, что мои ожидания и опасения оказались напрасными. Чувства метались и в какой-то момент они начали входить в стадию принятия, что ничего не произойдёт, как я услышал грубый мужской голос, исходящий из хижины.