– Куда это они? – удивлялась вполголоса Речница, выглядывая из-под полога. Навес, растянутый на костяных подпорках, повис неровно, трепыхался и хлопал на ветру, но в одиночку Кесса не могла поставить его правильно. От спутника же её проку никакого не было.

– Аррах! Всюду знорки, куда ни глянь, - фиолетовый комок пуха плюнул огнём и из тени полога перебрался на шип, выступающий из борта, на самый солнцепёк. Речница осторожно высунула руку и быстро втянула обратно – ей померещилось, что ещё немного – и на коже вздуются пузыри.

«Свирепое солнце Кецани! Небесный огонь, не знающий пощады…» - Кесса поёжилась и с тоской окинула взглядом степь. Может, попадётся на глаза овраг с родником или какой-нибудь ручей…

Странный запах долетел до Речницы, резкий, обжигающий и очень знакомый. Она вздрогнула, приглядываясь к травяному лесу, и увидела куст мерфины. Он был не один – десятки кустов выстроились рядами, потеснив Высокую Траву. Жгучие облака испарений висели в воздухе. Кесса вцепилась в медальон, прикрыв глаза от нахлынувших воспоминаний. Нэйн! Страна Некромантов, поросшая и пропахшая мерфиной, благовонные масла, въевшиеся в кожу, легионы мертвецов, чьё зловоние мерфина должна была забить… Речница даже огляделась – не мелькнут ли внизу костяные панцири големов, пожелтевшие черепа скелетов, чёрные мантии Некромантов-предводителей… С трудом она вспомнила о втором назначении мерфины – гасить собой пламя. Стены пахучих кустов, вероятно, останавливали огонь, идущий из степи… или в степь. Ветер налетел с востока, и Кесса почуяла ещё один запах, от которого холодок полз по коже. Пахло Шигнавом, земляным маслом для погребальных костров. Речница крепче сжала пальцы на холодном медальоне, собирая мысли в кучу. Шигнав и мерфина… Значит, Мертагул уже недалеко. Там это масло черпают из-под земли, и чем же ещё там может пахнуть…

– Город близко, - сказала Кесса Эррингору. – Сейчас долетим, и я отнесу тебя в храм Кеоса. Там тебе непременно помогут!

– Фррх, - зверёк даже не обернулся.

Корабль поднялся немного повыше, туда, где густой запах мерфины рассеивался, и глаза летунов переставали слезиться. За стеной несгорающих кустов снова поднялись пряные травы, а за ними началась голая плешь. Тут вырубили всё до травинки, только жёсткие сухие стебли торчали столбами, а вокруг них суетились рыжеволосые люди, натягивали верёвки и поднимали над степью бесчисленные навесы. Кесса видела, осторожно выглядывая из-за борта, как устраивали из больших камней места для костров, прятали в тени бочонки и развешивали полосы вяленого мяса.

– У всех волосы, как пламя, - прошептала Речница. Рыжих на Реке было немного, тем более там не встречались красноволосые, и Кесса заподозрила, что местные чем-то выкрасились. Много красного было и в их одежде, Речница даже видела алые мантии… может, Маги Огня выбрались из-за стен Мертагула?

– Смотри! Драконы! – воскликнула Кесса. Эррингор с гневным рыком взлетел вверх по опоре, поддерживающей навес, и скрылся из виду. Огромные силуэты в золотом сиянии мчались над степью, и по их крыльям как будто стекало пламя. Драконы летели к тхэйге.

– Хаэ-э-эй! – только и успела крикнуть Кесса. Корабль крутнулся в воздухе, бестолково хлопая крыльями. Драконы с двух сторон вцепились в борта, крылья тхэйги поднялись вертикально вверх, помедлили и покорно прижались к остову. Драконы задели полог, и он всё-таки оторвался и повис на одной опоре, трепеща под ветром их крыльев, как знамя. Кесса смахнула с лица волосы и встретилась взглядом с двумя парами огненных глаз.

Нет, кажется, глаз было больше – по одному на каждой чешуйке, и все искрились и подмигивали с разных сторон. Корабль жалобно захрустел – драконьи лапы были слишком грубыми для изящной тхэйги, любой из крылатых великанов легко унёс бы её в когтях, а двое могли бы запросто разломать на части. Кесса похлопала по черепам на носу, успокаивая летучую нежить, и посмотрела на драконов.

– Что случилось? Почему вы схватили мой корабль и держите его?

Драконы смерили Кессу подозрительными взглядами, потом переглянулись между собой.

– Куда ты летишь, Некромант? – спросил один из них, и голос его был похож на громовые раскаты. Откуда-то сверху на плечо Кессы шмякнулся Эррингор, пыхтя и выдыхая дым.

– На восток, к Мертагулу, - ответила Речница с самым дружелюбным видом. – Я не Некромант, я мирный странник с Великой Реки.

– Слышал, что Великая Река разбила армию Некромантов, и совсем недавно, - пророкотал другой дракон. – Ты недавно вышла из плена? Если так, ты заблудилась – твоя страна севернее. Трудно тебе будет пересечь пустыню, если ты повернёшь в Нэйн от Мертагула.

– Я вовсе не из Нэйна, - помотала головой Кесса. – Я – Чёрная Речница, а это – мой корабль. Я ищу путь в страну Кеснек… и приют на несколько дней для меня, моего спутника и моего корабля. Говорят, в Мертагуле рады мирным странникам…

– Мирным – рады, - драконы снова переглянулись. – Значит, ты – Маг Воды? Это уже лучше. Приют вам будет – на весь священный праздник. Ты полетишь с нами к чародею Тиллону.

…Двор, мощённый разноцветным битым рилкаром, блестел, как стекло. Страшновато было ступать на «оплавленную» мостовую – того и гляди, потечёт под ногами. Из огромных каменных гнёзд выглядывали окутанные пламенем Красные Саламандры и сердито шипели, поторапливая Двухвосток. Бронированные существа даже глазом не косили в сторону ящериц – спокойно стояли у колодца, пока земляные сиригны наполняли водой бочки, и не спеша брели дальше, к гнёздам, уже с грузом. Из открытого настежь каменного сарая на другом краю двора пахло копчёным мясом и пряностями. Дракон, черпающий воду из широкого колодца, шумно втягивал воздух и с удвоенной силой налегал на рычаги – ему не терпелось закончить работу. Гонги, созывающие драконов Мертагула на ужин, ещё не прозвенели, но крылатые тени уже мелькали над двором, а по ограде бродили, не сводя мерцающих глаз с открытого сарая, Чёрные Саламандры. Колдовские ящерицы тоже жили здесь, наравне с драконами, как те, кто разжигает пламя, так и те, кто его тушит.

– Вода отменная, - сказал чародей Тиллон, зачерпнув немного из огромной бадьи, поднятой драконом. – Как думаешь, речная колдунья, долго ли продержится твоё заклятие?

– До зимы – наверняка, - ответила Кесса, присев на панцирь Двухвостки. Ноги её не держали.

– Хорошо, коли так, - покачал головой Тиллон. – В Мертагуле дрянная вода, сколько себя помню. Шигнав сочится из земли и всплывает во всех колодцах. Сколько ни чисти, всё равно вода портится. Хорошая работа, дочь Реки. Боги вовремя послали нам тебя, не хватало ещё перед священным днём отравить драконов плохой водой…