— Лук освоен полностью, — с улыбкой на лице проговорил Друас. — Что ни выстрел — попадание по любой цели. Правда… тут расстояние не больше пятидесяти шагов, так что на дальней дистанции могут быть сложности. Но тоже быстро поймёт и обучится. А меч освоил примерно до моего уровня. Я ему в схватках начал проигрывать… так что решил отложить этот вопрос, чтобы вы решили, кому из наших товарищей продолжить его обучение.

— Я сам им займусь, — кивнул Митрокл. — Через десять минут спущусь. Пока пускай передохнёт и попьёт воды. После тренировки со мной отправимся на ужин… и посетим раненых. Ну и по пути поделюсь с вами приятными новостями. Очень приятными.

Мы с улыбками посмотрели с Друасом друг на друга, после чего ударили кулаками по груди. Отошли мы к фонтану, где я разлёгся, распластавшись на земле. Правда, сначала попил всё же… но это мелочи. Главное, я мог полежать. Ибо ныли все мышцы. Все до единой. Тело молило о том, чтобы я немного приостановился, чтобы я отложил тренировки… но будет ли у меня ещё шанс?

— Вставай, — протянул мне руку командир, за которую я тут же схватился и буквально подлетел. — Ух… тяжёлый гад уже стал…

— Набрал немного, да, — шутливо ответил я, похлопав по пузу.

— Ладно, шутки в сторону, — жёстко проговорил Митрокл. — Бери меч, и пойдём тренироваться.

Я хотел было взять деревянный меч, который использовал ранее, но меня тут же быстро осадили, после чего вручили бронзовый. Я покрутил его в руках и с опаской посмотрел на командира. Тот достал из ножен стальной… с двумя синими полосками, чтоб его. Я даже не хотел думать о свойствах, так как даже одна синяя полоска чаще всего мощное усиление.

Сначала мы отрабатывали простые приёмы. Царевич проверял, как я усвоил базовый материал, потом простой спарринг. Удары без финтов, практически не было хитрости… так что я справлялся весьма хорошо. Потом уже начались приёмы посложнее. Сначала просто с одним мечом, потом с мечом и щитом… комбинации, обманки, финты. Всё, что знал командир, всё он мне показывал и требовал жёсткого повторения за ним.

Это было достаточно тяжело. Мозг буквально хотел взорваться, но я не позволял себе расслабляться. Продолжал отрабатывать те или иные приемы. И с каждым разом требовалось всё больше и больше повторов для нормального усвоения техники.

— Видимо… у него есть какой-то предел по возможности тренировок, — пришёл к довольно очевидному выводу близнец. — Ибо вначале он довольно бодро обучался, а сейчас видно, что ему уже куда сложнее. И морщится каждый раз. Голова?

— Угу, — кивнул я. — Но справляюсь пока.

Митрокл же решил оставить всё это без комментариев, просто продолжил тренировать меня. Когда решил, что изучать приемы хватит, начались первые спарринги. Сначала так же, без особых хитростей, но с новыми движениями. Я проигрывал раз за разом. Но каждый новый повтор увеличивался по времени. Каждая новая рана наполняла меня решимостью. Каждый новый проигрыш заставлял меня действовать всё лучше и лучше.

В какой-то момент моё избиение превратилось в полноценное противостояние. Вот только оно было грязным. В ход шло всё, что могло помочь выиграть битву: и грязь, и пыль, и пинки, и ругательства. Всё, что могло принести пользу, использовалось. Ведь любое сражение — это не только грубая сила. Хитрость, умение, смекалка — всё это прокладывает путь к успеху, всё это помогает выиграть.

— Ха! — сделал я в какой-то момент подсечку, когда царевич накинулся на меня, упав после этого.

Я тут же подскочил к нему и наставил меч так, чтобы обозначить его проигрыш. Вот только Митрокл не злился, а улыбался. Он был действительно рад, что я смог его, наконец, нормально победить. А на лице Друаса при этом было истинное изумление.

— Я много сражений повидал, много драк и битв… — отрешенно говорил он. — Но… чтобы кто-то в не совсем честном сражении одолел нашего командира, который потом и в прямом смысле кровью заслужил быть командиром Чертей… ни разу. По сути… если бы ты его сейчас убил, то должен был занять его место.

— Но я не убил, — пожал я плечами, после чего замахнулся мечом и броском вонзил его в землю рядом со своей ногой. — Смысла в этом нет. У меня нет опыта управления отрядами. У меня нет знаний, как это делается. Плюс… думаю, десятник Чертей приравнивается по значимости к тысячнику в нашем Легионе. Поправьте, если я не прав.

— Мы — летучий отряд, — тут же пояснил царевич, которому я подал руку и помог встать на ноги. — На нас в бою лежит большая ответственность. Мы должны начать успех, создать условия для прорыва, найти лидера, устранить его… и всё в таком духе. Так что по значимости десятник Чертей, как ты меня обозвал, кстати правильно, значимее обычного тысячника. Нужно понимать, как действуют десятки, сотни и тысячи, чтобы просчитать действия летучего отряда. Чтобы тринадцать бойцов смогли как остриё пронзить строй противника, заставив того дрогнуть. Пронзить так, чтобы уничтожить само сердце — командование врага.

— Чую, не просто так мне это рассказывается, — нахмурился я. — Завтра идём в наступление?

— Да, — кивнул командир, убирая свой меч в бронзовые ножны. — Мы будем во главе этого наступления. Всё ради того, чтобы у тебя был шанс сразить того шамана, который управляет лагерем в лесу.

И тут же в голове вспомнился кентавр в центре города, у которого был посох в руках. Смотрелось это неестественно… но теперь было понимание, почему именно. Он был магом. Сто процентов. Мне командир быстро пересказал, как он метал сгустки пламени, которые прожигали плоть насквозь. Опасный противник, который требовал особых умений. Таких, как у меня.