“Да!” - хором прошептали они, и Элси вручила каждому по банке из-под масонов с сетчатой крышкой.

“Теперь мы должны вести себя очень тихо, хорошо?” Сказал я, глядя в их взволнованные лица. Я не могла удержаться от улыбки, когда они встали, наклонились вперед и на цыпочках крались по траве за мной.

Элси тоже смеялась, но я видел по ее лицу, что она была так же взволнована. Я обещал ей эту поездку много лет назад, но моя игра в футбол за "Сихокс" и ее работа всегда мешали. Нам потребовалось немало лет, чтобы полностью исцелиться и осуществить наши мечты, но это было прекрасно. Мы вместе повидали мир и с каждым годом влюблялись все глубже. В конце концов, у нас родились близнецы, двое наших милых детей, сделавших нашу жизнь полной, цельной, все, на что мы когда-либо надеялись и мечтали.

В этом году я ушел из футбола, продолжив помогать Остину развивать центры улыбки Дейзи и Доброты по всей стране. Мы оба стремились сделать больше, расширить те пару центров, которые у нас были. Оба мужа жен, которым центры могли бы оказать помощь, если бы только они существовали раньше.

Я остановился, когда мы достигли места, где летали жуки, и Пенелопа захихикала, увидев, как они летают вокруг. “Папа! У них фонари на задницах!”

Отрывистый смех Джексона над своей сестрой прорезал ночь, и мы все тоже начали смеяться, пока жуки не взлетели выше.

“Быстро, протяни свои банки”, - приказала я. Пенелопа и Джексон оба сделали, как я просила. Я рассмеялся про себя, когда Элси тоже протянула наши.

Проведя сеткой по жукам, я вернула ее к банкам, перевернув вверх дном, наблюдая, как по нескольку жуков приземляются в каждую банку. Глаза Пенелопы и Джексона были огромными, когда они смотрели, как насекомые танцуют в банках в их руках.

“Что теперь, папа?” Джексон спросил, широко раскрыв глаза. Я слышала нервозность в его тонком голосе.

– Придержи веки, и когда я сдвину сетку, надень ее сверху. Хорошо?
– Спросил я, и они оба кивнули головами. “На счет три ... Раз, два, три!”

Я сдвинул сетку, и близнецы захлопнули крышки. Я плотно завинтил их, чтобы убедиться, и приподнял проволочную ручку, чтобы они могли взять. В ту минуту, когда они держали их в воздухе, жуки-молнии отражались от стекла, заставляя их обоих взвизгивать от возбуждения.

“У нас есть настоящие банки с молниеносными насекомыми!” Пенелопа крикнула, а затем повернулась ко мне. “Можем мы сбегать и показать Дейзи? Можем мы пойти показать тетям Элли, Молли и Лексу, а также дядям Эксу, Осту и Рому? Качая головой и смеясь над тем, как моя дочь выводила из себя всех, кто был рядом с садом, пока мы все гостили в доме Рима, я кивнула головой.

“Только не беги слишком быстро. Убедитесь, что мы всегда будем у вас за спиной, - сказала Элси, и близнецы убежали, подбрасывая банки в воздух и хихикая, возвращаясь во двор.

Я наблюдал, как их огоньки указывали нам, где они находятся, когда рука Элси скользнула в мою, а другой она протянула мне банку. Я взялся за проволочную ручку и поднес ее к темноте.

– Что ты об этом думаешь?
– Спросила я, когда мы пошли обратно в сад, слыша, как близнецы кричат своим тетям и дядям, чтобы они пришли посмотреть на их банки вдалеке.

Элси держала свою банку и положила голову мне на руку.
– Такие же красивые, как ты и обещал.

– Хорошо, - сказал я, вынул свою руку из ее и вместо этого обнял ее за плечи.

– Хотя и не так вкусно, как моя домашняя банка на нашей витрине.

Я посмотрела на нее сверху вниз и нахмурилась.
– Тебе больше нравится та старая банка сока из светящихся палочек, чем настоящая?

Элси пожала плечами.
– Это мое настоящее дело. Этот сосуд долгие годы защищал меня в темноте. Она обняла меня за талию и прижалась теснее. “ И это привело тебя обратно ко мне. Это моя банка, банка, которая каждую ночь напоминает мне о том, откуда мы пришли. ”Она посмотрела на меня и улыбнулась так широко, что мое сердце переполнилось. “И как же мы теперь благословлены”.

Убедившись, что вокруг никого нет, я остановил жену и повернул ее в своих объятиях. Инстинктивно она подняла голову в мою сторону, ожидая моего поцелуя. Через несколько секунд мои губы накрыли ее, и она вздохнула, когда наши губы соприкоснулись. Когда я отстранился, мы оба затаили дыхание.

“Ты все такая же красивая, какой была, когда я готовил тебе ту банку много лет назад”, - сказал я своей жене и увидел, как ее глаза смягчились, загоревшись настоящим сиянием жука-молнии.

Она подняла руку, чтобы провести по моим волосам.
– И ты по-прежнему самая милая душа на свете.

Увидев любовь, которую она питала ко мне в ее прекрасных голубых глазах, мое сердце растаяло, когда она прижала ладонь к моей щеке, а лоб - к моему. Поднеся мою руку к своей щеке, она улыбнулась, и мы молча сказали, что любим друг друга.

Потому что, хотя у Элси теперь был голос, мы оба знали, что иногда, только иногда, слова пропадают даром. Это, прямо здесь, было только для нас. Это было наше лучшее выражение "Я люблю тебя".

Точно так же, как наша маленькая самодельная банка для молниеносных насекомых, которая все еще стоит на подоконнике нашего окна, наш свет никогда не погаснет.