– Теперь мы знаем, почему нам нужно починить проводку, - сказала Мина, прикрыв рот рукой.
– У кого-то есть идеи, как это сделать?

– Давай я, попробую, – Виталия шагнула к проводке и полезла в неё голыми руками, перебирая проводки. – Это обычная система с замкнутым контуром. Если я снова подключу синие провода, то мы сможем перекрыть вентиляцию.

От горького вкуса газа на глазах проступили слёзы и начался кашель. Этъер притянул меня к своей груди, не давая упасть. Кадеты уже пошатывались, прислонившись спиной к стенам.

– Готово! – наконец-то воскликнула Виталия, когда в помещение ворвался свежий воздух.

Мы все жадно вдохнули, спасаясь от быстро рассеивающегося газа. Стена слева отъехала в сторону, выпуская нас из ловушки.

– Нам нужно продолжать двигаться. Мы должны быть не так недалеко от центра, – Этъер выпустил меня из объятий и повёл нашу группу вперёд.

– Если только мы идём неправильным путём или не ходим кругами, - произнесла я, пропуская кадетов вперёд и замыкая группу.

Впереди виднелись стены с креплениями для скалолазания и полом, похожим на расплавленную лаву.

– Никто не говорил, что в лабиринте может быть пол из лавы, – пробормотала Виталия, присев на корточки у края пузырящейся красной субстанции.

– Я слышал, что под коварными пиками Чёрных гор есть расплавленное ядро, то самое место, где тысячелетия назад добывали камень, использовавшийся для строительства Академии. Перенести его сюда и сделать его частью лабиринта, который восстановит древние традиции воинов, заложенные сотни лет назад, почти поэтично.

– Перебор, если спросишь моё мнение, – ответила я, покачав головой.
– Мы должны перебраться на другую сторону, мне кажется, я вижу ответвление справа.

– Эм, ребята, - Мина нахмурилась, изучая стены. – Опорные камни двигаются.

Я пригляделась к серым выступам на стенах. Они похожи на выступы на стене для скалолазания в крыле факультета боевых искусств за исключением одной детали, они двигались. Один из них резко сменил направление, так что любой, кто стоял бы на нём, оскользнулся.

– Мы должны действовать быстро и проворно, – Этъер ободряюще хлопнул в ладоши и первым зацепился за ближайший серый выступ, уверенно продвигаясь вперёд, пока не скрылся за поворотом.

Всего-то заняло пятнадцать секунд…

Если мы выживем, я серьёзно поговорю с ним о вреде риска для жизни. Пилот, что с него взять! Рисковый, смелый, очаровательный…

Дошёл ли он?

Я уже хотела последовать за ним, как возглас Мины остановил меня.

– Подождите, капитан! Они вот-вот поменяются, - воскликнула Ильяна, шевеля губами, словно ведя отсчёт времени. – Они двигаются каждый двадцать секунд.

– Вперед, по одной, не теряем секунды, – я вытолкнула Виталию на старт, дожидаясь, когда серые опоры поменяют направление.

Девушка двинулась на удивление быстро, следуя указаниям, и скрылась за невидимым поворотом, прежде чем каменные выступы снова сдвинулись.

Через несколько минут половина нашей группы уже, надеюсь, добралась до безопасного места. Я была последней.

Наблюдать за тем, как другие пересекают смертельно опасную трассу, ещё хуже, чем делать это самой, хотя я и испытывала облегчение оттого, что мы так близко.

Я пересекла комнату без неприятных сюрпризов, и почти у скрытого поворота, пол вдруг забурлил, и лава начала резко подниматься, опаляя меня жаром.

Когда лава почти коснулась моей ноги, сильные руки подхватили меня из-за поворота. Я оказалась прижата к мужской груди.

– Ты снова поймал меня, пилот, – прошептала я, наслаждаясь объятиями арракианца.

– И буду ловить тебя всегда, Дарина, – его руки скользнули по моей спине, поглаживая и успокаивая, так, словно мы были одни во всей Вселенной, а не стояли грязные и потные в смертельном лабиринте.

– Я не уверен, что учёба в Академии стоит всего этого, – громко произнесла Виталия, возвращая нас в реальность. – Это дурдом!

– Зато мы в центре, - проговорила Мина, указывая на отъехавшую стену, за которой стояли корабли, которые должны послужить нашим спасением.

Я оторвалась от Этъера и посмотрела на корабли. Да, в центре лабиринта стояли корабли, только вместо новеньких “Небусов” с чёрными корпусами, нас дожидались старые модели грязно-серого цвета.

Дарина

Меня охватил страх, когда я поняла, в чём заключается саботаж. Вместо того чтобы дать истребители, на которых тренировались кадеты, нас встретили допотопные модели. Эти ржавые машины, с изношенными крыльями и нестабильными двигателями, явно не предназначались для боевых вылетов.