— Значит и его в скором времени стоит ждать во врагах, — отметил я.

Горленко лишь угрюмо отвернулся.

Неприятно. Хотя, в целом, пожалуй, ничего другого ожидать и не стоило. А для чего ещё ему стали бы вешать лапшу на уши? Чтобы сделать из нас врагов.

— Что у нас по границам? — посмотрел я на Анатолия.

— Пока всё тихо, — ответил он. — Без наступления Державиных они не станут атаковать. По крайней мере, мне так кажется. Они всегда атакуют под прикрытием.

Я кивнул и встал.

— Думаю, что на этом можно заканчивать собрание. Анатолий, Андрей Александрович, если вам ещё что-то нужно обсудить, не забывайте, что сегодня важное мероприятие. Егор, ты как, со мной?

— С тобой, — пожал он плечами. — Всё равно по пути.

— Сергей, я бы хотел увидеть пленных, — вдруг произнёс Андрей Александрович.

Я задумался.

— Пожалуй, я съезжу с вами, — ответил ему.

Мне и самому стало интересно, как их разместил Горленко.

— Анатолий? — посмотрел я на него.

— Да, тогда идёмте.

Мы вышли из палатки, сели в машины и поехали в место неподалёку от лагеря. Здесь стояла старая дряхлая изба, возле которой мы и остановились. В самой избе была четвёрка бойцов, которая отдала воинское приветствие и вернулась к несению обязанностей, осмотру территорий.

В самой избушке оказалось прибрано, сухо и чисто. Стоял телевизор и пара диванов, а также вся необходимая утварь.

Мы спустились в подвал, где нам ещё двое человек открыли вход. Здесь оказалось громадное помещение, где сидели связанные бойцы Державиных и… смотрели какое-то спортивное мероприятие по большому телевизору.

Они активно болели и даже не замечали нас. Помимо них здесь стояли и мои бойцы, которые сразу вытянулись по струнке.

— Мда… — протянул Андрей Александрович. — Им, как я погляжу, и тут хорошо.

Воины Державиных довольно быстро очухались и повскакивали тоже почти по стойке смирно, со связанными сзади руками то.

— Господин, — произнёс один из них и оглянулся на своих товарищей. — Война окончена?

— К сожалению, — Андрей Александрович помотал головой, — пока нет. Да вам, как погляжу, и тут хорошо.

— Не жалуемся, — смутился боец. — Даже… как-то неудобно. Нам рассказывали, что Вяземские… В общем, много чего рассказывали… А тут вон оно как выходит. Ни одного насильственного применения к нам не было. Пару раз вызывали парочку человек на допрос, но никак не издевались. Поговаривали… Простите, — он посмотрел на меня. — Что господин Вяземский любит пытать людей…

Я хмыкнул.

Моя персона всё больше обрастает слухами. Причём нехорошими. Правда, это смотря где. В любом случае очевидно, что есть враг, который пытается таким образом настроить всех остальных против меня.

— Эээ… — Андрей Александрович посмотрел на меня и кашлянул в кулак. — Что же…

— Мы оставим вас на некоторое время с людьми вашего Рода, — ответил я и пошёл к выходу.

Анатолий смущённо отвёл взгляд в сторону, когда мы вышли на улицу.

— Я не осуждаю. Кстати, что-то дирижаблей не видно. Что с ними?

— Улетели практически сразу, после начала войны. Видимо не хотели попасть под раздачу. Всё же боевые действия вещь непростая, и порой может зацепить.

Я кивнул.

— Ладно, мы поедем в замок, а вы присоединяйтесь позже, — произнёс я.

— Хорошо, глава, — ответил он.

Я прошёл к машине и сел к Егору. Парень спал, восстанавливаясь после боёв.

Когда авто подъехало к замку, я сразу увидел шевеление в окнах. Видимо, это Анна с сестрой уже всё готовят. Разбудил Егора и мы пошли в замок.

О, а это у нас кто? Пополнение? Кажется, среди людей Михаила я их не видел. Тот самый отряд, который с Гришей прибыл?

— Господин, — поприветствовали они меня и склонились.

— А вы чего здесь стоите? Вас не пускают? — усмехнулся я.

— Нет… что вы, — произнёс один из них. — Просто… Там сейчас такое происходит, что не хочется попасть под горячую руку. Не хотим мешать.

— За замком есть пристройки, — ответил я и пошёл в замок. — Если не хотите торчать так просто на улице, можете занять их.

Неплохо бы переодеться, после всего сегодняшнего дня.

Прошёл по первому этажу, где уже пахло разными вкусностями и поднялся к себе на этаж. Почти поднялся. На последнем этаже, закрывая собой лестницу, стояло пять горничных.