Нас просто никто уже не примет, несмотря даже на то, что у меня могут быть три или четыре предвысших. Единственный вариант — Япония. Но это также чревато и для любой страны, в которой нас примут, в том числе и для Японии. После этого сразу же будут разрушены все связи.

Возможно, что к нам хорошо отнесутся на западе, где у Российской империи враги, но не в той же Китайской империи уж точно.

Даже Егор не способен сейчас нас «защитить», из-за ситуации в стране. У него нет своих людей, а объявить нас своими он не может, иначе начнётся игра два на два, где преобладает сила у первого принца и старшей принцессы.

Вот только и я бы не позволил ему это сделать. Да и в целом каждый из этих вариантов мне не подходит. Я не готов отступать назад или сдаваться. Стоя перед страшным зверем никогда не иди на попятную. Если делаешь шаг назад — значит боишься, а звери чувствуют страх и убьют тебя даже просто ради забавы.

Он всё это понимает и уверен в своей победе. Правда, уверен он ровно до того момента, пока не узнает о смерти предвысшего в моих землях и о том, кто теперь сидит перед ним. Сила решает многое в этом мире.

— Если ты всё это понимаешь, то какие аргументы у тебя есть в обратную сторону? — спросил он. — Будешь угрожать мне Аней? Пожалуйста. Только после этого она наконец увидит, какой ты человек и этим ты мне даже поможешь.

— Аня сама уже готова сражаться против своего Рода, — хмуро произнёс Андрей Александрович. — И её даже не нужно уговаривать. Настолько ситуация достигла своего пика. Она понимает, что этой войны не должно быть.

— Брось, — махнул рукой Державин. — Я знаю свою дочь, и она не стала бы это делать добровольно. Слишком любит Род.

Андрей Александрович хотел что-то ещё сказать, но мне уже это надоело. Так переговоры явно затянутся, а мне ещё нужно вывести всех моих людей из-под удара и заняться Эйр.

Я прикрыл на мгновение глаза, а когда открыл их, резко высвободил всю силу. Причём не пожалел и добавил немного энергии в импульс. На стенах комнаты образовался иней от выхода энергии наружу, а в комнате похолодало.

Глаза Державина расширились, и он резко вскочил, а вокруг него появился покров духа.

Державин отступил за кресло, переводя взгляд с меня на Егора, а затем на Андрея Александровича и обратно.

Действует правильно. Сразу видно, что он не слабый практик и всегда готов к бою. Он не испугался, скорее просто насторожился.

Если он так отреагировал на меня сейчас, то как он отреагирует на новость о свадьбе его дочери?

Я посмотрел на стены.

Этот эффект вызвал выброс энергии. Будь на её месте тёмная, кабинет уже горел бы.

— Что всё это значит? — прохрипел Державин, но тут же взял себя в руки. — Андрей, ты решил предать Род?

Андрей Александрович горько покачал головой.

— Стоило ли оно того, Сергей? — спросил он.

— Вам ли не знать, — я бросил взгляд на его руку, — что в нашем мире признают только силу. Виктор Александрович, — перевёл я взгляд на Державина. — Вы всё ещё не готовы сесть за нормальное обсуждение?

— Предвысший третьего ранга, — усмехнулся он. — В семнадцать… — добавил чуть тише. — Так вот почему ты так к нему лоялен, — кинул глава Рода Державиных быстрый взгляд на брата. — Впрочем, — мужчина убрал покров и сел на место, — это всё равно ничего не означает. Четыре предвысших против одного, к тому же молодого. Не думаю, что у вас есть шансы.

— Три, — поправил я его.

— Что? — удивился он.

— Три предвысших против одного, — я не сводил взгляда с его глаз.

Он быстро посмотрел на Андрея Александровича и тот кивнул.

— Это шутка такая?! — зло спросил Державин, смотря на брата, внутри него забурлила энергия. — И ты так спокойно привёл к нам убийцу члена нашего Рода?! Ты совсем с головой не дружишь?!

— Мы убили много их людей, — выдержал его взгляд Андрей Александрович. — Сергей был в своём праве. Я сам недавно узнал о смерти старика… Да и давай будем честны — он никому не нравился.

— Андрей… — прорычал Державин. — Ты…

— Хватит, — выдохнул я. — Ваш предвысший сунулся на мою землю во время войны, за что и поплатился. Более того, мы с ним уже сражались и это я оставил ему раны в прошлом. Он не усвоил урок, за что и получил то, что заслужил.

— Вяземский… — хмуро произнёс Державин. — Не зазнавайся. Тебе всё равно это ничего не даёт. У меня всё ещё больше сил.

— С математикой у вас в порядке, — кивнул я. — Вот только вы не станете нападать на мои земли.