Когда мы поднялись на самый верх, мои бёдра горели от напряжения, но мне было не до этого. Я чувствовала, как усиливался запах Каэли, её энергия была повсюду. Плевать, насколько подозрительна вся эта ситуация. Да, все мои инстинкты кричат, что это плохая идея, но там моя сестра…

Принц открыл арочную дверь и сделал приглашающий жест. Сжав юбку в кулаках, я вошла в огромную круглую комнату с неотштукатуренными каменными стенами и высоченным потолком.

Первым, что я заметила, был холод. Жаровня, встроенная в пол, едва выделяла тонкую струйку дыма. С противоположной стороны комнаты, возле другой двери, я краем глаза уловила движение. Там стояли ещё двое охотников, а рядом с ними… Это что, клетка висит?

До меня донеслось слабое мычание. Такое тихое, что, если бы не эхо, я бы даже и не услышала.

На длинном деревянном столе посередине комнаты лежал коричневый комок. Мой взгляд упал на четыре вытянутые лапки и множество ужасных инструментов вокруг: капканы, кандалы, щипцы, ножницы… И повсюду была кровь. Слишком много крови.

— Да, — прокомментировал Бран за моей спиной, растягивая слова, — возможно, я слегка переборщил.

Всё перед моими глазами превратилось в одно сплошное тёмное пятно. Я бросилась вперёд без всяких мыслей, движимая только абсолютной необходимостью убедиться самой, что она… что моя сестра…

Мои бёдра ударились о стол. Взгляд обежал всю эту чудовищную сцену, всё это воплощение зла и варварства. Я едва смогла прикоснуться дрожащими пальцами к медвежьей шерсти, слипшейся от крови. Тело всё изранено, веки сомкнуты, пасть приоткрыта, а грудная клетка едва шевелилась. Каэли вырвали все когти. И её маленький хвостик…

Воздух не доходил до моих лёгких. Всё вокруг начало качаться. Как той ночью в бальном зале, моё зрение заволокло чёрными пятнами. Тот же горячий поток тёмной силы поднялся по моим ногам, к груди, рукам и…

Чужие пальцы обвили мою шею и грубо сорвали камею. Защитные заклинания сдавили меня, сжимая и скручивая, пока не взорвались вспышкой ослепительного света, озарившей всю башню. Лишь мгновение спустя холодная, мучительная боль вонзилась мне в спину. Я в ловушке. Без воздуха, без магии, без чего-либо. Тепло и тьма исчезли. Сокрушающая слабость овладела моими костями.

Камея отскочила от стола рядом с Каэли.

Принц Бран прижал меня к своей груди. Силы покинули меня. Кинжал из гематита вонзился между моих рёбер.

— В нашу первую встречу ты скрывалась под не самым привлекательным обликом, верно? — прошептал он мне на ухо.

Он знал. Знал, кто я; знал, что Каэли — моя сестра.

Медленно, позволяя мне ощутить каждое мерцание гематита, разъедающего кожу, деформирующего кости, Бран вытащил кинжал и осмотрел лезвие.

— Тоже красная…

Он оттолкнул меня, и я повалилась на пол. Тяжело дыша, не в силах подняться, я чувствовала, как тьма пытается вернуться, выбраться из моей тени. Я думала о том, что прежде уже получала куда более серьёзные раны от гематита и смогла выжить. Бран не знает, что я быстро восстанавливаюсь. Если отвлечь его на достаточное время…

Не отрывая взгляда от окровавленного кинжала, принц тихо произнёс:

— Посади её на цепь, Эльфин.

Два охотника потащили меня по полу и рывком подняли, совершенно равнодушные к моей ране. Я стонала от боли, когда они выворачивали мои руки. Они сковали мои запястья цепью из гематита так туго, что кровь перестала поступать в ладони. Тьма и любой намёк на магию исчезли.

Я едва касалась пола носками туфель. Меня подвесили в воздухе в нескольких метрах от стола. Удар в рёбра вызвал колющую боль по всему телу. Из-за гематита, касающегося моей кожи, рана не заживала.

Мы с сестрой умрём в этой башне от рук принца-садиста.

Помимо боли, я чувствовала постоянные пульсации в ключицах. Отчаянные толчки, которые, казалось, пытались донести до меня какое-то сообщение.

«Метка, — смутно подумала я. — Она скоро проявится».

Бран положил кинжал рядом с остальными инструментами на столе. Дерево было тёмным и влажным, пропитанным кровью.

— Я ведь говорил тебе. Говорил, что найду тебя. Вот только я не ожидал, что тебе хватит наглости скрываться прямо у меня под носом, — признал он, усмехнувшись. — Это меня удивило, должен признать.

Он лениво облокотился на стол, словно на нём не лежало тяжело раненое живое существо, и скрестил руки на груди.

— Тебе, наверное, любопытно, как я раскрыл твой обман, верно? — Он ни секунды не ждал ответа. — Ну разумеется. Приведите их, пожалуйста.

Три охотника исчезли за другой дверью и через несколько спустя вернулись, волоча за собой три тела. Два уже мёртвых, но третье отчаянно вырывалось.

Моя челюсть задрожала.

Это была герцогиня. Избитая, изувеченная, с взлохмаченными волосами и синяками на лице. Чёрный кляп не давал ей говорить.