— На меня напала курица! — резко развернулся герцог Ада, буравя Асмодея злым взглядом.

— И это повод стирать с лица земли целое поселение? Чтобы убить курицу можно воспользоваться обычным топором, — прошипел князь Ада, представляя, сколько бумажной волокиты, отчётов и переговоров с Небесами последует после этой выходки Мурмура.

— Это не обычная курица, — возразил Мурмур, со злобой глядя на брата.

— Ага, золотая, — Велиал зашёл в кабинет без стука и остановился в дверях, сложив на груди руки. — Где мой лук?

— Понятия не имею, — скривился Мурмур. — Мне не дали и шагу ступить, вероломно напав чуть ли не со спины.

— Ты с курицей дрался или с кошкой? — прищурился Велиал. — От тебя кошатиной за километр несёт.

— Да пошли вы все! Мне нужно поговорить с Люцифером, — Мурмур обошёл по кругу Мазгамона и вышел из кабинета, громко хлопнув дверью, едва не прищемив ногу Велиалу.

— А ведь он ещё сутки назад был философом. С Кантом общался, — хмыкнул Падший. — Вот что земля номер тринадцать делает со слегка сумасшедшими ангелами!

— Тебе-то что здесь надо? — прямо спросил Асмодей, разглядывая при этом притихшего Мазгамона.

— Нет, ну правда кошатиной пахнет, — нахмурился Падший, подозрительно глядя на Асмодея. — Проветри здесь, что ли, а то дышать невозможно.

С этими словами он вышел из кабинета, аккуратно прикрыв за собой дверь, и двинулся к кабинету Повелителя. В коридоре, по которому Падший только что прошёл, мелькнула чёрная тень. Велиал остановился и, нахмурившись, сделал шаг назад, вглядываясь в совершенно пустое пространство.

— Странно, — проговорил он и направился прямо к двери, от которой начали доноситься вопли постепенно выходящего из себя после доклада Мурмура Люцифера.

До замка Иво я доехал без происшествий. Но насколько помнил, в тот раз, когда нас с Дмитрием привезли на Мёртвую пустошь, похитители тоже никого не встретили по пути. Да и проскочить по дороге до границы у них имелись все шансы, если бы они не умерли, привлекая тем самым внимание уже к нам.

Ворота оказались распахнуты, словно приглашали войти дорогих гостей. Не помню, закрылись ли они, когда мы с Великим Князем на всех парах отсюда убегали, или так и остались открытыми. Я притормозил возле ворот и посмотрел в зеркало заднего вида на нахохлившуюся Мурмуру.

— Ну, что скажешь? Это всё ещё ловушка Пхилу активна, или здесь кто-то ещё успел обосноваться? — негромко спросил я, но в ответ получил только злобный взгляд маленьких чёрных глазок. — Действительно, тебе-то откуда знать?

Я решительно развернул демоническую ауру. Ещё в прошлый раз заметил, что местные монстры очень нервно реагируют на неё. Скорее всего, встречались с демонами, и эти встречи удачными для них назвать было трудно. Будем исходить из того, что ловушка всё-таки существует, но до конца непонятно, почему она всё ещё действует, я же её вроде бы деактивировал.

Убрав ногу с тормоза, я на полном ходу ворвался во двор замка. Ворота сразу же захлопнулись. Всё-таки, похоже, ловушка суккубов всё ещё работает, не хотелось бы думать, что кто-то посторонний резвится в моём замке. На всякий случай я запустил общий поиск, которому научил меня Дмитрий в те десять секунд, когда меня никто не дёргал, не звонил и не бежал с воплями «Спасите, умираю!».

Сигнал поиска вернулся ко мне без изменений, но я всё равно медлил. Что-то здесь не так. Что-то изменилось, и никак не понять, что именно, а долго рассиживаться нельзя. Мне по-хорошему ещё нужно выбраться в Петровку с пустоши и желательно до обеда. Так что я решился выйти из машины.

Мурмура не проявляла никакого беспокойства и выпрыгнула через окно, очутившись во дворе ещё раньше меня. Курица вела себя вполне прилично, и это позволяло думать, что в замке никого нет.

Оглядевшись по сторонам, я быстро пошёл в замок, не опуская демоническую ауру, и на всякий случай подвесив на быстрый ответ копьё силы из Денискиного скудного арсенала.

Но как только очутился в холле, сразу понял, что же именно меня так насторожило. Моя аура ощутила лёгкие остаточные эманации, от которых прямо в лицо пахнуло родным Адом.

— Твою мать! — я опустился на корточки и подобрал с пола какую-то блёстку. Поднявшись, швырнул эту блёстку обратно на пол. Я знаю, что это. Это декор с пиджаков трубачей Мурмура. Значит, эта философствующая плесень здесь уже побывала.

Сорвавшись на бег, я влетел в ту комнату, где спрятал лук. Открыв шкаф, обнаружил, что и сам лук, и колчан со стрелами целые и невредимые стоят у стеночки, прикрытые всевозможными тряпками.