Залез в карман, пальцы запутались в цепочке. Выудил пучок перьев. Откуда у меня в кармане этот амулет? Он же в дедовской копейке на зеркале болтался. А в салон к нему я не лез… Ничего не понимаю…

Стряхнул амулет на землю.

Достал из другого кармана мобильник. Подсветил и присвистнул:

— Вот ведь сволочь, — воскликнул, разглядев, что явилось причиной остановки, — летать тебе больше негде, только на шоссе! Козёл винтокрылый!

Причиной моей проблемы оказался достаточно крупный филин. Птица притихла и больше не шевелилась. Я несильно ткнул этот комок перьев носком ботинка. Реакции не последовало. Сдохла что ли?

— А не сдохла бы, я б тебе сам башку отвернул, — все еще продолжая злиться, пробурчал я. Нагнулся, приподнял с земли распростертое крыло. — Ничего себе, птичка! Скажи кому, не поверят.

Я прикинул, за сколько можно продать нечаянную добычу. Из филина с размахом крыльев метра в полтора получится прекрасное чучело. Понятно, денег с продажи пернатого гиганта не хватит на покраску машины. Но с паршивой овцы, как говорится, хоть за моральный ущерб сдёрнуть.

Застелив заднее сидение покрывалом, я закинул туда филина. Сам сел за руль, дал газу — и выехал обратно на дорогу. Хорошо, что у меня джип, а то можно было бы надолго застрять в этом грязном кювете…

Выехал на трассу и повернул к городу.

— Чёртов филин! — некоторое время я все еще не мог успокоиться. Но постепенно переключился на более приятные мысли.

Когда вернусь, надо будет заглянуть к Верочке. Она у меня — ух! — молодая, горячая. С ней иногда удавалось забыть о возрасте. Через раз, но всё же… Взял мобилу, ткнул пальцем надпись «Михалыч СТО». Сейчас жена уже в самолёте, смотрит в иллюминатор. А я совершенно свободен, можно не шифроваться. В трубке «Михалыч» ответил приятным женским голосом:

— Да, Вовочка?

Поморщился. Сколько раз просил не называть меня Вовочкой! Сразу вспоминались анекдоты времён моего счастливого советского детства.

— Алло, Верунчик, я к тебе. Что купить? Конечно, душа моя, для тебя всё, что угодно. Да, заеду, в «Пятёрочку»…

Бах!

Закончить разговор помешал резкий толчок в спину.

Скрежет, треск рвущейся ткани…

Филин, о котором я уже и забыл, вдруг очухался. Замахал большими крыльями, и со страху вцепился когтями мне в плечи.

Я рефлекторно отмахнулся, телефон вылетел из руки и стукнулся обо что-то сзади. Не разбился бы. Пытаясь стряхнуть птицу, я на миг забыл о вождении, но тут же опомнился, покрепче ухватив руль.

Яркий свет внезапно ударил по глазам.

Я что, выехал на встречку?

Рефлекторно вывернул руль, слишком резко взяв влево…

Удара не помнил, как вылетел из машины — тоже. Просто обнаружил себя лежащим на земле. С затылка к уху стекала горячая струйка. Поднес ладонь к глазам и не удивился, увидев на пальцах кровь. Скосив глаза, посмотрел на колеса перевернутого автомобиля…

— Повезло… — сказал и не узнал свой голос — молодой, звенящий. Поднял руку, пошевелил пальцами. Обручального кольца на безымянном пальце не было. Слетело с руки? Но на среднем не оказалось старого шрама. Как так?

Сел. Огляделся.

Только что была зима. Лежал снег. И вдруг лето.

Я сорвал пучок душистой травы и приложил к горящему лбу. Из Шереметьево ехал зимним вечером. А сейчас утро, светает. Тёплое летнее утро.

Стараясь справиться с головокружением, хмыкнул:

— Нормально… Ехал зимой, перевернулся — очнулся летом. Но ведь не в госпитале лежу, а здесь же, возле дороги… Амнезия? Может повредил голову? Кружится, немного болит, но не очень-то и сильно… А вдруг… Может я умер? На лбу от таких мыслей выступили холодные капли пота. Глупости какие! Я больно ущипнул себя за руку. Перестарался — зашипел даже. Ну вот, что и требовалось доказать — мертвый бы ничего не почувствовал.

— Чертовщина какая-то… — я снова посмотрел на автомобиль.

Моего джипа не было и в помине, вместо него на боку лежала «копейка». Точно такая же, как у деда, который торопился на кладбище. Только не старый драндулет, а новенький, будто с конвейера. Ладно, с этим потом разберёмся.

Я полез в карман куртки и снова выудил оттуда злосчастный амулет с перьями. Что за мистика? Я же выбросил этот хлам раньше, когда столкнулся с птицей. То же самое сделал сейчас. Размахнулся и закинул амулет подальше в траву. Движение отдалось в голове резкой болью. Эх, все-таки чмт, наверное. Потому и мерещится всякое…

Не смог сдержать стон. Нашарил в кармане платок, приложил к ране на затылке. Ткань моментально пропиталась кровью. Но больше ничего, кажется, не сломано. Руки, по крайней мере, целы. Позвоночник тоже в порядке, сидеть могу. Теперь надо встать.

Посмотрел на ноги и только сейчас обратил внимание — на мне джинсы. Качественные. Индийские. Кажется, фирма называлась «Милтон». У меня когда-то такие были. Им сносу нет. Хотя точно помню, что с утра был в спортивном костюме. И в теплом пуховике, а теперь на мне легкая куртка из плащевки.