— Всем привет, — улыбнулся я.

— Ну и что тебя так задержало? — осведомился Мирт.

— Великие дела, конечно же, — ответил я. — Что случилось? Начинали бы без меня, потом ввели б в курс дела.

— Всё в порядке, мы не так уж и спешим, — сладко улыбнулся наш шеф. Раздражённым я видел нашего мецената, только когда речь заходила про беспредельщиков.

— Ты всегда говоришь так, а потом приходят стиратели, — позволил себе проявить недовольство руководством Мирт. Но слава богам, успокоился.

Эта черта его характера поначалу показалась мне сильно отталкивающей. Однако вскоре я понял, что он не пытается так командовать, а скорее вечно находится в рамках ответственности и болеет за результат дела.

Именно поэтому он и сейчас позволял себе спорить с кем угодно, если считал, что так правильно.

— Раз все в сборе, коротко обрисую суть, — приступил Михаил сразу к делу, проигнорировав замечание Мирта. — Ложные истоки с проклятием — это существо типа «плетение». Вернее, это скорее разумная форма аномалии. На нашем эхо они не обитают. Такое воплощается лишь от пятидесяти.

— Как стиратели? — спросила Марта.

— В этот раз мы не позволили стирателям провести свой ритуал и никто не пострадал, — улыбнулся Михаил. — Но с ними первое эхо. А на высоком эхо это не так страшно. Там есть магия третьего круга. Правда, Марта?

— Плетение снимается одним кастом. Рекомендуется магия хаоса и пустоты. Она дестабилизирует форму.

— Всё так, — кивнул Михаил. — На этом эхо справиться с ними будет чуть сложнее, но наши люди в исследовательском отделе разработали способ уничтожать их. Марта, ритуал проведёшь ты.

— Магия хаоса?

— Пустота.

Девушка скривилась.

— Это застывшее заклинание, так что проблем у такого опытного мага как ты не возникнет, — добавил наш шеф, но Марта не Эла и от простой похвалы не растает.

— Значит, плетений здесь быть не должно… — задумался Мирт вслух. — Тот же почерк. Как с гидрой. То, чему на этом эхо не место.

— Именно. Но сейчас таких штук уже пятнадцать, — подтвердил Михаил.

— Это кризис или ещё нет? — уточнил Лёха.

— Для нас — да, — кивнул шеф. — Нужно убрать эту гадость и как можно скорее, пока не пострадало ещё больше людей.

— Это работа противодействия или ликвидации последствий, — вставила Марта.

— Всё так, — мягко повторил Миша. — Но у нас не так много тех, кто способен работать с магией такого рода.

— А на следующем круге это не исчезает? — предприняла последнюю попытку откосить от личного участия Марта.

— Гидра же не исчезла, — сказал Мирт. — И песчанка задержалась.

Упоминание страшной болезни сразу переключило готессу с расспросов на растерянность и тревогу. Да и Риту упоминание об этой болячке передёрнуло.

— Не так давно мы столкнулись со стирателями, — напомнил Михаил. Его мягкий голос обволакивал, словно кисель. — Чудом нам удалось их прибить даже несмотря на предательство, раньше чем пришёл враг… Но они нашли наше слабое место!

Голосом опытного рассказчика, он менял интонацию и добавлял ровно столько эмоций, сколько было необходимо, чтобы выделить фразу и вызвать сопереживание.

— Люди… — потянул он. — Массовое уничтожение и страдания людей — это триггер для стирателей. И они не могут пройти мимо него. Не стоит относиться к ним, как к разумной силе со своей волей. Это просто ответная реакция на события в городе.

— Что конкретно они такое? — спросил я, не особенно надеясь на ответ. Прежде все стремились уйти от разговора о них.

Но Миша меня приятно удивил:

— Специальные разумные монстры, задача которых стереть пораженный участок. Можешь считать их иммунной системой Города. С помощью них он избавляется от участков, которые создают угрозу для других.

— Тогда зачем с ними воевать?

— А мы и не воюем с ними, — мягко ответил шеф. — Мы могли спасти район. Пришло высокое эхо, есть выходы на другие планы и сильная магия лечения. Город действует с запозданием.

— А зачем стиратели забирают пробужденных? — спросила Рита.

— Только тех, кто связан с забираемой землёй.

— Уничтожение зеркала?

— Зеркало просто предмет, оно восстановится с кругом. Лишь бы было чему восстанавливаться. Сотрут тех, чей старт привязан к региону.

— Это уже реально какой-то терроризм,- заметил Мирт — они ведь ничего не получают с этого. А последствия катастрофические даже для них! Это самоубийство!

— Для тех неспящих, что живут в стираемой области — да, — кивнул Михаил. — Но это фанатики. У них аллергия на здравый смысл.