— Ходила на тренировки по гимнастике. Я знаю.

Я пошла к кровати и взяла бутылку с водой. Решила сделать вид, что захотела пить. То есть, все, что угодно, лишь бы увеличить расстояние между нами.

Но, уже открывая бутылку, я на несколько секунд замерла.

А откуда Аш знал про Лизи?

У нас дома она никогда не появлялась. Плюс, я вообще виделась с ней исключительно на сборах в спортивном комплексе, куда альфа ни разу не приходил.

— А откуда ты знаешь про Лизи? — решила спросить.

Аш взял провод, который небрежно лежал рядом с тем местом, на котором я только что стояла.

— Ты как-то за ужином про нее рассказывала отцу, — открывая шкафчик компьютерного стола, он туда отправил провод.

А я свела брови на переносице. Просто не помнила, чтобы вообще говорила папе про девчонок с тренировки. Наверное и правда забыла.

— Пошли, — Аш взял ветровку и взглядом указал мне на дверь.

— Куда? — я насторожилась. Даже сильнее, чем вообще могло показаться.

— Пройдемся. Тебе нужно размяться.

Изначально я хотела отказаться. Сейчас ночь и слова Аша для меня звучали угрожающе, но ведь и наедине в закрытой комнате с ним не лучше.

Поэтому я быстро обулась и побрела за альфой.

В настолько позднее время в мужском общежитие уже все спали. Разве что из пары комнат доносился какой-то шум. Там или разговаривали, или телевизор смотрели. Но и это чревато. Если охранник будет проходить по коридору, им влетит.

К счастью, мы на него не наткнулись и уже вскоре вышли на улицу. Стоило нам отойти от мужского общежития, как я остановилась. Потянулась и даже встала на носочки.

Судя по всему, альфа был прав. Мне действительно требовалось размяться. И, пусть в полном мраке рядом с Ашем меня дрожью прошибало, но тут и правда лучше, чем в его комнате.

— Включили полив? — спросила, притихнув. Услышала журчание воды, но даже оглядываясь, ничего не видела. Около дорожек тут горели фонари, но сам сад был окутан темнотой.

— Да. Он включается в полночь и потом в четыре утра.

— Раз ты это знаешь, значит, получается, часто выходишь из комнаты в запрещенное время?

— Я же животное. Хотя бы пару раз в месяц мне нужно выходить на улицу и выть на луну.

Аш хорошо так ударил по мне этими словами. Значит, он не забыл о том, что я его животным назвала. Или же решил не закрывать на это глаза.

— Я в сети читала, что альфы реагируют на полную луну, — проводя пальцами по верхним листам цветущего куста, я решила парировать. — Не воют на нее, но все-таки, что-то есть.

— Да, в этот период хочется трахаться.

У меня ладонь дрогнула и я даже поцарапалась о ветку. Но это было ничем по сравнению с тем, как у меня по коже пробежали мурашки.

— Альфы же мужчины. А вам всегда хочется заниматься всяким непотребством, — я показательно фыркнула. Шутить с Ашем не хотелось. Особенно на эту тему. Какого черта я вообще ее затронула?

Но, когда я уже начала судорожно размышлять, куда ее перевести, Аш сказал:

— Во время полнолуния все иначе.

Я кончиками пальцев потерла царапину на ладони. Делая это тревожно и нервно спрашивая:

— И насколько же иначе?

— В сети почитай. Ты же любишь оттуда брать информацию.

— Мог бы и сам рассказать, — сказала, но все же достала телефон и вбила в поисковик «Реакция альф на полнолуние».

Полгода назад, когда Аш пробудился и я начала перерывать информацию про альф, мне уже казалось, что я достаточно знаю про них. Естественно, не все, ведь, как минимум, кое-что для меня все так же было непонятно. В первую очередь по той причине, что большая часть информации подавалась слишком заумно и, читая ее, я думала, что там не разобраться, если перед этим не прочитать десять томов по биологии.

Так, например, я понимала не все метки. Да и еще кое-что. Но считала, что, в принципе, мне моих знаний хватит, чтобы понять Аша.

Как оказалось — нет. И сейчас, листая статьи про полнолуние, я приходила в раздирающий ужас.

— Это… Это правда? — спросила, еле шевеля губами и, сжимая телефон с такой силой, что, казалось, сломаю или его, или свои пальцы.

— Что именно? — я не заметила того, что Аш уже подкурил сигарету и того, что в блеклом свете экрана телефона, он смотрел на мое лицо, полное ужаса.