— Ари, пойдём отсюда, переночуем как-нибудь один день на улице! — пропищала испуганно Калла и потянула меня за руку.

— А ты вообще молчи, шалава зелёная, тебе вообще слова никто не давал! — взвившись, заорала Файна. Затем, повернувшись ко мне, тут же залепила смачную оплеуху по щеке.

— А это тебе за Арчи, сучонок!

— Я тебе не шалава! — взвизгнула тут уже разгневанно и Калла.

— Неизвестно ещё, чем ты сама всё это время здесь занималась!

— Что? — опешив на мгновение, изумлённо воскликнула та, и тут же вцепилась той в волосы.

— Я тебе сейчас покажу, где раки зимуют, шалава ушастая! — взвизгнула разъярённо та, и через секунду они уже обе катались по полу, награждая друг друга тумаками и вырывая друг у друга их роскошные волосы просто клочьями.

После чего я, естественно, бросился их разнимать. Растащив их кое-как наконец по сторонам, я встал посередине и, показывая, кто в доме хозяин, заорал:

— Ну всё, хватит, брейк! Давайте решать наши проблемы как-нибудь без рукоприкладства, а то вы так обе скоро без волос останетесь.

— Ты у меня сейчас сам без них останешься! — воскликнула та и, как разъярённая кошка, набросилась на меня, выпустив все свои когти.

После чего уже я стал отдирать её от себя с помощью Каллы. Затем они уже опять сцепились между собой, и я уже разнимал их. Наконец они наконец угомонились и, разбежавшись по углам, молча взирали друг на друга, изрыгая изредка в сторону друг друга огонь и пламя.

— Ну что, успокоилась наконец! — заметил я, с опаской на всякий случай наблюдая за взъерошенной Фейной.

— Пошёл вон, сволочь! — огрызнулась та.

— Спать будете на кухне или в ванне, где вам больше понравится! — усмехнулась она.

— А ты в мою комнату даже не суйся! — крикнула она со злостью и, прихватив бутылку с вином из буфета, зашла туда и хлопнула дверью.

Посмотрев ей вслед, затем на явно обескураженную свою зелёненькую подружку, я развёл руками и, стараясь её успокоить, оптимистически заметил:

— Не беспокойся, сейчас перебесится и сама выйдет. Она у меня не очень злопамятная! — и тут же полез искать, чтобы перекусить, а заодно и выпить.

Через несколько минут мы уже уютно расположившись на кухне с удовольствием поглощали найденные нами запасы, пока, естественно, не появилась Файна. Притом уже достаточно подзаряженная винцом.

— Ну что, голубки, смотрю, вы тут неплохо устроились! — пропищала она язвительно, обведя мутным взглядом уставленный стол всевозможными явствами из её запасов.

— Судя по всему, вы уже весь холодильник тут сожрали!

После чего подошла на подкашивающихся ногах к столу и, ухватив рукой одну из находившихся там бутылок, попыталась обрушить её тут же на мою многострадальную голову. Правда, мне повезло, что к этому моменту я развернулся и сидел уже к ней лицом, благодаря чему и успел перехватить у неё сей предмет женской мести. Но всё её содержимое умудрилось вылиться, к её несчастью, прямо на неё саму. Окатив её с ног до головы целым ручьём красного вина. На удивление почти протрезвев и окинув взглядом свой новый прикид, та с истошным визгом бросилась тут же в ванную. Поняв, что данное дело требует моего срочного присутствия, я, известив Каллу об этом, тут же отправился вслед за ней. Не оставлять же девушку в такой беде одну.

Зайдя туда, я прикрыл за собой тихонько дверь и, обернувшись, посмотрел на своё дивное чудо. Та уже, естественно, была под душем и вовсю оттирала руками со своей новой причёски пропитавший её вредный напиток. При этом ещё и дурниной ревя. Видимо о своей тяжкой жизни и женской доли с таким мудаком как я. Во всяком случае она так и сказала как только узрела мою физиономию:

— Ну и чего тебе здесь надо, мудак?!

— Вот решил тебе помочь! — пояснил своё присутствие, естественно, я.

— А то вдруг ты одна с этим не справишься! — и тут же, раздевшись, залез к ней.

После чего она, перестав сразу лить слёзы, уставилась с открытым ртом на меня, пытаясь, видимо, осознать, зачем я здесь ей на хрен нужен. Впрочем, я это понял быстрее неё и тут же, чтобы не давать ей времени для выработки совсем ненужных в этом случае выводов, тут же прижал одной рукой к себе, и присосался к её губам. Чего, как говорится, кота за яйца тянуть, если и так всё ясно.

Почувствовав, видимо, как моя другая рука зачем-то начала исследовать между ног её дивную подружку, та испуганно что-то пискнула и начала колошматить меня почём зря своими ручонками по заднице. Правда, в это время я уже насадил её на своего облизывающегося и торчащего колом дружка, и она тут же оставила это безнадёжное дело. Пропищав на всякий случай что-то о своей маме. Ну и заодно и обо мне.

— У-у-й. Ну ты и га дё ны ш!

— Ну уж какой есть, моя радость! — прошептал я ей на ушко и, приподняв её руками за бёдра, начал нежно и заботливо насаживать её на свой агрегат. Чтобы, она не дай бог, не засомневалась в этом.

Судя по всему, ей это начало даже нравиться, так как она тут же обвила меня руками и начала даже довольно урчать, пытаясь откусить мне заодно и ухо. Из-за чего её немного пришлось привести в нужное чувство и пару раз шлёпнуть рукой по заднице, чтобы, так сказать, слишком не увлекалась. Доведя наконец её киску вместе с ней до оргазма, я немного побаюкал её на руках, чтобы она от него несколько остыла, и, придав ей снова вертикальное положение, пошёл искать её халат. Оставив её заканчивать свои водные процедуры. Впрочем, она решила меня, видимо, не ждать и, нацепив на себя только трусики, вышла прямо так проверить обстановку на подведомственной ей территории.