Всю ночь Ванесса не сомкнула глаз. Она вертелась в постели в попытках призвать сон, но сон не шел. Завтра Быстров сыграет последнюю партию матча с английским мастером. Завтра лорд Френсис сделает ей предложение...

Выбор Ванессы был очевиден, и только одно тревожило ее. Как отреагирует сэр Джон на ее согласие стать леди Деверли? Промолчит ли он? Она была уверена, что нет. Устроит публичный скандал? Ванесса то начинала мечтать о серебристом платье, выбирала фату и украшения... то мучилась вопросом, что же ей делать, если сэр Джон начнет скандалить... то поздравляла себя с тем, что не дала слова Быстрову. Наконец на рассвете она поднялась, и долго стояла у окна, ни в силах сдерживать дрожь во всем теле. Маркиза Деверли... Она будет носить этот титул с честью. И пусть старая герцогиня говорит все, что хочет. Став маркизой, она сама позаботится о своих сестрах.

Нищета, беспросветность и скучная жизнь старой девы, которые шли по пятам за ней с тех пор, как умер отец, впервые отступили и не дышали ей в затылок. Она могла наконец-то расправить плечи. Френсис, хоть и поступил плохо в храме Венеры, все-таки хороший человек. Со временем она сможет полюбить его, и уж точно будет ему хорошей женой. Она простит ему единственную ошибку, которая, конечно же, толкнула его на желание жениться на ней и загладить нанесенное оскорбление.

Ванесса оделась, выбрав самое простое домашнее платье, накинула плащ, и спустилась в сад.

Над полянами стоял плотный туман. Было прохладно и влажно, но Ванесса радовалась холодному воздуху, которым так приятно было дышать, набирая полные легкие. Она шла к озеру, надеясь, что в такую рань никого в парке не встретит и сможет немного расслабиться, чтобы, придя обратно в комнату, все-таки поспать перед таким важным днем.

Ну что же. Белая пешка прошла свой путь. Ванесса усмехнулась. Белая пешка дошла до седьмой линии, остался последний шаг, и ее ждет волшебное превращение. Пешка станет королевой, той самой, что видится ей в серебристом платье. От одной этой мысли ее сотрясала нервная дрожь.

Маркиза Деверли. Ванесса Деверли. Она сжимала дрожащие руки. Ванесса Деверли.

— Несси?

Она вздрогнула и обернулась на голос. Знакомый до боли в сердце голос. Сердце ее сжалось, потом пропустило удар, и забилось часто-часто, как будто она куда-то долго бежала.

Сэр Джон шел по берегу озера, держа в руке шляпу.

— Тебе тоже не спится?

Васильковые глаза смотрели на нее, и Несси боялась, что расплачется. Как, как можно так смотреть, что взгляд проникает в самую ее суть, заставляя пересохнуть губы, а все слова тут же вылететь из головы. Она набрала в легкие влажный воздух, задохнулась, закашлялась и непрошенные слезы потекли по ее лицу.

Сэр Джон достал платок, протянул ей, приняв ее слезы за последствия кашля. Несси уткнулась в платок, стараясь как можно скорее успокоиться. Она сама не понимала себя. Она была счастлива, что станет маркизой Деверли, но при одной мысли, что сэр Джон никогда больше не поцелует ее, у нее готова была начаться истерика.

Он стоял рядом, ожидая, когда Несси вернет ему платок.

— Ты знаешь, я вчера проиграл, — вдруг сказал он, и как прежде, в старые годы, взял ее за руку.

— Да, знаю.

Несси наконец удалось успокоиться, и она пошла рядом с ним, сама не зная зачем. Но идти рядом было так спокойно и приятно, будто она рождена для того, чтобы он держал ее за руку.

— Я рассчитывал получить кубок, — он усмехнулся, — но ты постоянно маячишь рядом.

— Я как-то мешаю тебя играть в шахматы? — удивилась она, а в душе ее распустился огромный красный цветок радости.

— Да, мешаешь. Ты все время ходишь где-то рядом, но... — он замолчал, боясь сказать лишнего.

— Но что? — она вскинула голову и посмотрела ему в глаза.

Ее рука лежала в его руке. И это было так правильно, что Ванесса боялась, что, если он отпустит ее, она просто упадет.

— Но ты не принадлежишь мне.

— Я не вещь, чтобы кому-то принадлежать, — она нахмурила брови.

— Ванесса, это просто слова, — он вдруг притянул ее к себе, — ты сама знаешь, что должна принадлежать только мне.

Ванесса вспыхнула. Она уперлась руками ему в грудь и попыталась отстраниться, но сэр Джон крепко держал ее в объятьях.

— Я не вещь, чтобы принадлежать кому-то, — повторила она, разозлившись, — отпусти меня!

Неожиданно он выполнил ее просьбу и отпустил руки, и Ванесса чуть не упала, потеряв точку опоры.

— Ты — бесприданница, неужели найдутся желающие жениться на тебе? — спросил он в упор, — я видел, как ты рыдала. Я не знаю, кто обидел тебя, но если ты...

— Мне не нужна твоя защита! — воскликнула она, — сегодня я стану невестой!