В глаза ей ударил яркий свет.

В столовой было два лакея, которые выносили блюда, две служанки, следившие за порядком, и господа, сидевшие вокруг стола.

Несси сразу узнала мисс Леони, ослепительную в персиковом шелке, который она привезла ей сегодня днем, с небольшой жемчужной диадемой в льняных волосах. Она сидела рядом с сэром Джоном, при виде которого сердце Ванессы остановилось, а потом запрыгало, будто она не сидела на полу, а куда-то долго бежала. Дыхание ее участилось. Облокотившись спиной о стену, она некоторое время пыталась успокоиться, но это ей не удалось. На глаза навернулись слезы. Она в скромном платье модистки сидит в темной комнате на полу, считая работу в модельном ателье большим благом, а он... он, кому она отдала все, что имела, и кто даже не попытался выяснить, что с ней произошло на самом деле, поверив слухам и собственным фантазиям, собирается жениться! Вон он как улыбается, как ей никогда и не улыбался. Вежливая заинтересованная улыбка, будто он специально репетировал ее перед зеркалом...

Зачем она здесь? Ей не место в этом доме, куда к концу лета войдет хозяйкой красавица мисс Леони! Что она делает тут, в темной комнате, подглядывая за собственными родственниками? Но сдержаться она не могла, поэтому снова приоткрыла панель и стала разглядывать остальных гостей. Полная дама, не старая и тоже красивая, видимо, мать мисс Леони, миссис Глэдис. А кто эта молодая дама с синими глазами? Красивая, как картинка, черноволосая, она с обожанием смотрела на сэра Джона. Несси разглядывала ее, и только потом поняла, что, судя по скромному платью, это гувернантка. Леди Анабель, что сидела рядом с сыном, писала ей, что наняла девочкам учителей. Наверняка гувернантка тоже входила в их число. И чтобы сын не скучал, она выбрала самую красивую... Ванесса усмехнулась. Спасибо, тетушка...

Господа уже перешли к десерту, и Ванесса смотрела, как мисс Леони изящно накалывает на серебряную вилочку фрукты. Какая же она красивая и изящная, будто соткана из солнечных лучей и ветра... Несси закрыла лицо руками. Потом она затворила дверцу и встала, стараясь изо всех сил на разрыдаться в голос. Она села на софу и сидела так, беззвучно плача, пока вдруг за дверью не послышались шаги.

Испугавшись, что ее заметят и разоблачат, Несси, чьи глаза привыкли к темноте, метнулась за стоявшую в углу ширму, села какой-то пуфик и закусила руку, чтобы сдержать дыхание.

Дверь открылась и в комнату вошли двое.

…

— Тут совсем темно, — сказала мисс Леони, останавливаясь.

Сэр Джон вошел в комнату, нашел рукой кремень и зажег свечу. Потом от нее другую, пока комната не осветилась достаточно, чтобы в нее можно было пригласить даму. Дверь оставили открытой, но в коридоре никого не было, и свидание можно было назвать интимным.

— Здесь очень мило, — сказала мисс Леони, вплывая в гостиную.

Ванессе хотелось уйти, чтобы не видеть, как они будут целоваться, но уйти не представлялось возможным. Поэтому она отодвинула ткань на ширме, чтобы лучше видеть, что будут делать жених и невеста.

— Ваша мать меня совсем не любит, — сказала сэр Джон, когда мисс Леони села на софу, на которой еще минуту назад сидела Ванесса.

Мисс Леони пожала плечами.

— Моей матери все время кажется, что вы нечестны с нами. Она целыми днями разглагольствует на тему нашей быстрой помолвки.

— Нечестен? — спросил сэр Джон, — в чем?

— Не знаю, — пожала хрупкими плечами девушка, — вы ей не нравитесь, это правда. Она думает, что вы женитесь на мне по какой-то причине, которую не хотите называть.

Он отвернулся, чтобы поправить фитиль, и Ванесса увидела на лице его странную гримасу, которая тут же исчезла, стоило ему снова посмотреть на невесту. Раздражение? Боль? Несси растерялась, пытаясь понять, что за игру он затеял.

— Неужели ваша мать никогда не смотрела на вас? — он улыбнулся, подходя ближе к мисс Леони, — мне кажется, что ваша ослепительная красота должна подсказать ей, что любой мужчина при виде вас готов предложить вам все, что имеет.

Ах, вот как он умеет... Ванесса, слышавшая от него только окрики и приказы, раскрыла рот от удивления. Наверно, он действительно сильно увлечен этой девушкой, раз научился так говорить...

Мисс Леони заулыбалась, хотя комплимент был достаточно плоским. Конечно, любой приятно, когда восхищаются ее красотой. Тем более, что мисс Леони была этого достойна.

Повисло молчание. Потом мисс Леони подняла на него небесные глаза и спросила, видимо о том, что ее действительно волновало.

— Сэр Джон, скажите... — она помолчала, потом выпалила, — болтают, что вы были влюблены в свою кузину, мисс Ванессу. И что она пропала. И много чего еще. Это правда?

Несси сжалась за ширмой, боясь вдохнуть.

— Я не знаю, как ответить на ваш вопрос, мисс Леони, — сказал сэр Джон после недолгого молчания, — потому что не знаю, что имеется в виду под “много чего”. Но пусть прошлое не волнует вас, вам я всегда буду верен.

— Но вы любили ее? — настаивала мисс Леони.