И выглядело это слегка странно и не реалистично. Среди разрушенных построек, среди засыпанных пылью и мусором руин, среди кривых остовов, некогда бывших стенами, застыла тень. Это была хрупкая, тонкая фигура паренька – словно призрак, потерявшийся среди развалин. Его встрёпанные светлые волосы, почти белые в бледном свете, были спутаны и покрыты мелкой пылью, осевшей на прядях словно пепел. Ярко-синие глаза сверкали в тени, живые, настороженные, словно у зверька, привыкшего выживать в диких землях.

Сейчас, замерев на месте, он не двигался. Каждый его мускул был напряжён, дыхание – почти неощутимо. Он слушал. Слушал ту самую тишину, в которой прятались тысячи звуков. Сейчас за его спиной поднималась груда мусора – развалины дома, что некогда возвышался здесь мрачной громадой, но теперь превратился в бесформенную груду обломков. Камни и куски металла были свалены в хаотичном беспорядке. Куски арматуры, торчащие из-под обломков, напоминали сломанные кости гиганта. Тёмные провалы среди обломков вели в узкие лабиринты теней – его укрытие, его крепость, его единственное убежище. Здесь никто и никого не искал. Здесь никто не ждал найти живое существо. Здесь он был один.

И всё же… Сквозь холодную, давящую тишину, через густую завесу пыли и забвения, его внутренний инстинкт кричал…Будь осторожен! Ты не один. Рядом всегда есть угроза! Даже те самые люди, или какие-либо разумные, с которыми он мог бы тут встретиться, заведомо желали ему смерти. Он сам был сыном охотника, и прекрасно знал о том, что происходит во время таких встреч на территории, которая никак и никем не контролируется. Он раньше жил в том самом посёлке, откуда пришли эти самые охотники, которые только что убежали с территории руин. И он прекрасно знал этих людей. Да… В этом мире Ковчега всех разумных существ называли людьми . Тем более, что некоторые расы, за все эти сотни лет жизни бок о бок, ассимилировались друг с другом. И это уже не имело особого значения.

Однако паренёк, который ранее, пока жил в том самом посёлке, который был известен под номером сто четырнадцать , отзывался на имя Серг, которое было производным от древнего имени Сергей, остался сиротой. Его отец, бывший охотником, исчез во время очередной охоты. А его мать… Мать тут же нашла себе нового мужа, постаравшись сразу же избавиться от своего ребёнка. Серг никак не мог забыть о том, как его просто как какой-то мусор просто выбросили в наступающие сумерки за пределы охраняемой зоны посёлка. Ему ещё повезло, что перед этим его не обыскали. Так как за поясом, под его старым комбинезоном, у паренька находился старый верный нож, подаренный ему когда-то отцом. Так что он оказался в наступающих сумерках не с пустыми руками.

При всём этом, заранее помня все рассказы своего отца о том, что обычно происходит с теми, кто начинает искать дорогу обратно в посёлок, и забывает о собственном выживании, он сразу же направился в ту самую сторону, где по слухам ранее находился посёлок, который забросили после нападения каки-то неведомых тварей. Хоть ему и было очень больно от предательства своей собственной матери. Ведь в тот момент, когда она сама выгнала его из собственного дома, эта достаточно молодая женщина, думала только о себе. И даже не подумала о том, что сын, которого она просто выбросила из своей жизни, мог бы впоследствии мог стать тем самым кормильцем, если бы пошёл по стопам отца.

Ему в тот день повезло… Хотя… Этот вывод мог быть ошибочным. Особенно в свете тех самых событий, которые привели его в этот заброшенный посёлок. Глубокой ночью он всё же добрался до руин, и смог просидеть до рассвета в полуразрушенном домике, стоявшем на самом краю этих руин. Потом, заранее опасаясь всех возможных угроз, он принялся аккуратно проверять руины, разыскивая всё, что только могло бы ему помочь. А когда всё же выяснил тот факт, что поблизости рядом никого из враждебных существ просто нет, то принялся весьма старательно разыскивать всё возможное. А когда ему удалось найти весьма большой дом, который имел полноценный подвал, так как был построен над полноценной нишей, паренёк понял, что это было как раз именно то, что ему было бы нужно. Да. Ему пришлось очень постараться… Ведь ему нужно было сделать так, чтобы его убежище было бы практически невозможно обнаружить.

Серг помнил каждый шаг, каждый взмах, каждый осторожный удар, которым он направил разрушение этого строения. Здание, дряхлое, изношенное временем, всё ещё стояло, когда он впервые нашёл его. Его стены слегка осыпались, но всё ещё держались, каркас потрескивал, но не сдавался. Тогда он понял – чтобы спрятаться по-настоящему, он должен сам стать разрушением. И для начала он нашёл трубу, и кусок покрытой ржавчиной металлической арматуры, зажатый между остатками плит. Проверил вес своего будущего инструмента. Почувствовал, как она тяжело легла в ладонь, как отдаёт в кости дрожью после удара.

Для своих первых ударов он выбрал те места, где стены уже трещали, где фундамент осел под тяжестью времени. Один удар… Другой… Пыль взлетела в воздух, осела на коже, заполнила лёгкие сухим привкусом прошлого. После очередного удара, этот искусственный камень содрогнулся, и раскололся. Сам же паренёк ждал, когда дом, дрожащий от каждого удара, сам начнёт поддаваться. И вот – он услышал этот звук. Треск, как у кости, ломающейся под давлением. Дом всё же уступал его усилиям.

Но Серг тщательно считал шаги, просчитывал, когда и куда должны упасть балки. Он знал, что там, внизу, в темноте подвала, находится его будущий дом, его спасение. Ему нужно было, чтобы всё рухнуло – но не всё раздавило. Когда произойдёт окончательный обвал этого строения. Но для этого ему пришлось уж очень постараться, чтобы сделать то, что ему было нужно. Ведь он, как не крути, всё же был ещё ребёнком. Достаточно слабым. Особенно для подобных усилий. Но паренёк не прекращал своих усилий. Даже не смотря на то, что он был голоден. Но пока у него не было надёжного убежища, он просто не мог позволить себе отвлекаться на поиск хоть какой-то еды.