Я качаю головой. — Дело не в том, чтобы подвести меня. Этого никогда не будет. Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности. Более того, я хочу, чтобы ты была счастлива. Если это то чего ты хочешь, я могу это понять.

— Когда ты собираешься поблагодарить меня? Я рисковал вызвать гнев твоей сестры из-за этого. Я заслуживаю похлопывания по спине, — вмешивается Рейден с многозначительным взглядом, и Нора хихикает.

— Ты был великолепен, Клыкастик. Спасибо тебе.

— Ты…

В комнате появляется Броуди с бледным лицом, он переводит взгляд с Норы на Рейдена, на меня, снова на Рейдена, прежде чем, наконец, останавливает его на мне.

— Что случилось? — Выпаливаю я, паника просачивается в мою кровь, когда я вижу, как его зрачки превращаются в булавочные уколы.

— Я проверил кровь.

— У тебя уже есть результаты? — Спрашивает Рейден, удивленно приподнимая брови, когда Броуди кивает. — Если ты скажешь мне, что это твой отец, я буду ошеломлен, потому что вампиры ни за что на свете не стали бы…

— Это ты, Рейден. Их кровь связана с тобой.

46

РеЙДЕН

Я

никогда не чувствовал себя таким спокойным и собранным в своей жизни. Адреналин бурлит в моих венах, но он не вызывает дрожи. Нет. Это почти успокаивает.

Проводя пальцами по бархатной ткани на подлокотниках большого кресла подо мной, я вздыхаю. Я здесь не так долго, и знаю, что не останусь здесь надолго, но есть часть меня, которая хочет растянуть это мгновение навсегда.

Это говорит ребенок во мне. Остатки надежды и радости, которые я думал, смогу воспроизвести, наблюдая за Адрианной с её сестрой и отцом.

Я ошибался.

Иногда жизнь — сука.

Это один из таких случаев.

Вдалеке скрипит дверь, возвращая меня в настоящее, когда я вытягиваю ноги, терпеливо ожидая появления моей жертвы. Рев огня в дальнем углу комнаты оживает, как всегда, когда раздаются приближающиеся шаги.

Все в этом доме дышит присутствием одного человека. Только сейчас я это вижу. Я осознаю это. С остатками заявления Броуди, вибрирующими в моей голове, я, наконец, вижу то, в чем никогда не осмеливался признаться раньше.

— Я не ожидал гостей.

А, так он действительно знает, что я здесь.

Переводя взгляд с огня на мужчину в дверях, который снимает пальто, не встречаясь со мной взглядом, я ищу какие-нибудь нежные эмоции по отношению к нему, но безуспешно. Что еще хуже, я даже не чувствую гнева. Ни капли разочарования.

Просто… ничего.

— Я не ожидал, что мне придется тебя навещать, но вот мы оба здесь.

— Чем я могу быть полезен тебе сегодня вечером, Рейден? Я немного занят.

— Чем ты занят, отец?

Его глаза встречаются с моими, вспышка неуверенности танцует в его взгляде, когда он поджимает губы. — Поскольку твоей матери больше нет с нами, мне пришлось взять под контроль некоторые вещи, — заявляет он, колеблясь вокруг того факта, что моей матери больше нет с нами, потому что я убил ее.

— Я не уверен, что именно ты должен взять под контроль, отец. Академия больше не нуждается в ее должности, так как, нет необходимости в упомянутой академии. Ее роль в Совете также не имеет значения теперь, когда королева заняла свое место на троне. Я не помню, чтобы она упоминала тебя в своем обращении к королевству. Она дала тебе должность, о которой я не знаю? — Спрашиваю я, наклоняя голову, когда его глаза чуть прищуриваются.

— Кто-то должен выполнять обещания вампира, сынок. Не все довольны открытиями, которые стали известны в последние недели. — Он открывает бар со спиртным и проводит кончиком пальца по бутылкам, обдумывая свой выбор яда.

Бурбон.

Конечно.

— Что за открытия, отец?

Он пожимает плечами, принижая проблемы, которые только что вывел на поверхность, но я не отрываю взгляда от него, наблюдая, как он делает глоток из стакана, терпеливо ожидая, когда он начнет раскрывать мне детали.

— Королева не всем по вкусу, — медленно произносит он, пытаясь понять, понравится ли мне его выбор слов, и я киваю.

— Это логично. Не всем угодишь, но, увы, такова демократия. Ее выбрал народ, большинство в нее верит, теперь нам предстоит увидеть, куда нас приведет этот путь, — предлагаю я, понимая, что мои слова проходят мимо его ушей.

— Отличное заявление, Рейден, но, по мнению некоторых, только вампир должен быть у власти.

— И кто попадает в эту неопределенную категорию? — Спрашиваю я, приподнимая бровь, и он отмахивается от меня.

— О, я не знаю. До меня просто дошли слухи, — настаивает он, и я усмехаюсь.

— Слышал их или создал?

Его глаза расширяются, когда он подходит и встает перед ревущим огнем. — Почему ты вообще так говоришь?

— А почему бы и нет? — Возражаю я, наклоняясь вперед, чтобы упереться локтями в колени.