Переплетая пальцы вместе, я думаю о ситуации в более широком масштабе. Не только о своей безопасности, но и о безопасности королевства. Мы не можем продолжать ждать, пока они сделают следующий шаг. Это оставляет за ними преимущество, и я не позволю этому продолжаться дальше. Королевство не заслуживает этого постоянного ощущения, что ты ходишь по яичной скорлупе, ожидая нового нападения, новых человеческих жертв, новой резни.

Нет.

Но если я выйду за эти ворота, каковы мои намерения?

Чего я надеюсь достичь?

Каким будет запасной план?

Какие шаги нам нужно будет предпринять, как только мы все-таки выманим их?

Мой разум кружится от бесконечных возможностей, пока ответ не возникает из водоворота, как призрак. Внезапно путь перед нами становится кристально чистым. Я знаю это глубоко внутри.

Поднимаясь со своего места, я осознаю, что мои ноги все еще немного похожи на желе после прошлой ночи с моими мужчинами. Это чувство должно исчезнуть, прежде чем я что-нибудь сделаю. Мои пальцы скользят по столу, когда я выпрямляю спину, останавливая взгляд на Рейдене, прежде чем заговорить.

— Нам нужно выманить их оттуда, но мы должны сделать это с заранее разработанным планом. Тем, который охватывает все основы, — заявляю я, и злобная ухмылка расползается по его лицу.

— Я уж подумал, ты никогда этого не скажешь.

Подготовка к выходу из замка кажется пугающей. Как будто я отдаю наше будущее в чьи-то чужие руки вместо того, чтобы взять все под контроль, как я должна. Мой желудок скручивает, паника угрожает взять надо мной верх, но либо это, либо позволить Клементине продолжать свой путь войны, и этот вариант кажется намного хуже по сравнению с этим.

— Ты готова, Кинжал? — Спрашивает Броуди через закрытую дверь, и я качаю головой, прежде чем вспоминаю, что он не может меня видеть.

— Почти. Встретимся там через секунду.

Он бормочет свое согласие, и звук удаляющихся шагов растворяется вдали, пока я стою перед зеркалом, оценивая себя в последний раз.

К черту спокойствие, к черту собранность.

Это не то, что нужно в данный момент.

Мне нужно быть жестокой.

Мне нужно быть сильной.

Мне нужно быть сильной.

И я не покину эту комнату без этой веры в себя.

Когда я делаю еще один глубокий вдох, раздается стук в дверь. — Встретимся внизу.

Ответа нет.

Вероятно, Кассиан ворчит по этому поводу себе под нос, а не мне, но я не слышу шагов, как несколько минут назад с Броуди.

Дрожь пробегает по моей спине, когда дверь со скрипом открывается, шум вибрирует в моих ушах, усиливаясь, не обнаружив никого по ту сторону.

Какого хрена?

Мои брови хмурятся, когда я качаю головой, со вздохом поворачиваясь обратно к зеркалу. Мое тело напрягается, слова застревают в горле, когда я замечаю чье-то присутствие позади меня.

— Ты, — прохрипела я, мое тело застыло на месте, и не по моей воле. Нет. Это снова темная магия в действии. Я не успеваю сказать так много, прежде чем ошеломляющее ощущение удушья подступает к моему горлу, поглощая меня с каждым вдохом, который я пытаюсь сделать.

Мой дискомфорт приносит ей только радость, на ее лице появляется жуткая улыбка.

— Ах, маленькая Адрианна. Я бы сказала, что это удовольствие, но, увы, это не так. Уверена, у тебя есть много вопросов, но ни один из них не заслуживает ответа после твоего маленького спектакля, когда ты вызвала меня так. Я знала, что если подожду, это сыграет мне на руку, и теперь вот мы здесь. Ты… исчезаешь, и кто лучше, чем я, может занять твоё место?

Ее имя вертится у меня на кончике языка, но ничего не выходит. Мои руки крепко прижаты к бокам, ноги сведены вместе, я стою как шомпол. Совершенно беспомощна.

Она приближается на дюйм, так близко, что ее подбородок упирается мне в плечо, когда она смотрит на меня в зеркало.

— К счастью для тебя, для того чтобы моя темная магия сработала, ты нужна мне живой. К несчастью для тебя, они никогда не заметят разницы.

Она протягивает чёрный камень, шепча слова под нос, заставляя его ярко засветиться, прежде чем вонзить его между моими плечами в основание шеи. Это точно то же место, где был аметист, только на этот раз не для того, чтобы связать мои силы.

Нет.

Я падаю на колени, обессиленная, когда она достает такой же драгоценный камень, бормоча те же слова себе под нос, прежде чем прижать его к коже в верхней части спины.

Перед моими глазами мир расплывается, пока я в безмолвном ужасе наблюдаю, как она преображается у меня на глазах.

Часть за частью.

Все следы ее присутствия исчезли, и на ее месте стоит…

Я.

— Жаль, что ты не получишь места в первом ряду, чтобы посмотреть, как я разрушу это королевство, замаскировавшись под тебя, но я обещаю тебе вот что: к тому времени, как я закончу, они больше никогда не произнесут твоего имени.