— Спасибо, Маргус. Покойся с миром.

— И вам удачи, констебль Кас. Пусть судьба к вам будет милостива.

Маргус влетел прямо в меня. Еще миг, и все мое тело пронзила боль, а ведь ее уже не было… Мгновением позже на меня навалилась жуткая слабость и усталость. Перестав висеть в воздухе, падаю на пол. Стараюсь удержаться на ногах, но не выходит, и окончательно падаю.

Минута, вторая… Постепенно мне начало становиться легче. Боль из моего измученного тела никуда не делась. Но зато смог привыкнуть к своим новым ощущениям. К своей слабости и беспомощности по сравнению с тем, что было еще совсем недавно. И как же это удручает.

Разрыв связи с Гранью не оставил меня совсем уж без энергии. В отличие от того, каким я был, когда эта связь появилась, сейчас у меня осталось довольно много энергии. Наверно, даже смогу недолго магически посражаться. Правда, после связи с Гранью мое хранилище, да и в целом вся энергосистема уже успела перестроиться под соответствующую нагрузку, и то, что у меня есть теперь, просто теряется в ней, ощущается словно какая-то капля на дне бездонной пропасти.

Кое-как собравшись с силами, пытаюсь подняться на ноги. Почти получилось, но стоило мне только опереться на вторую ногу, и я рухнул на пол. Ну да, нога чудесным образом не отросла. А подпитки от Грани больше нет. Придется мне пока с одной быть. Это будет непросто.

Поднимаюсь снова на ноги и по стеночке иду к выходу из подземелья. Может, стоило бы разжиться какой-нибудь одеждой, поискать, в конце концов, мой доспех, который, наверно, должен быть где-то здесь, поесть, попытаться привести себя в порядок, но на это все у меня нет сил. Хочется уже как можно скорее выбраться отсюда. Оказаться на свободе, вдохнуть свежего воздуха.

Туннель, ведущий на поверхность, показался бесконечным. Но я все же преодолел его и, толкнув створку двери, напоминавшей скорее небольшие ворота, вышел на поверхность. И меня сразу же оглушили крики, звон стали и вонь паленого мяса.

Что тут творится? Замираю и осматриваюсь по сторонам. Здесь был укрепленный лагерь. Но на него кто-то напал, и теперь от лагеря уже осталось мало чего. Кто напал? Пока не понимаю, но очевидно, что они против культистов, и это радует. И они уже почти добили культистов, особых очагов сопротивления не видно.

— Здесь вход в подземелье! — донесся до меня мужской крик, а парой секунд позже ко мне выбежал отряд закованных в латы бойцов. Похожи на паладинов, но…

— Отставить! — раздался приказ, когда они уже дернулись ко мне, явно собираясь разобраться с очередным культистом, за которого приняли меня.

Но вместо этого, подчиняясь приказу, они окружили меня и оттеснили от входа в подземелье.

— Кто такой? — спросил подошедший паладин, внимательно рассматривая меня. Так и видел сомнение на его лице. Для культиста я слишком дерьмово выгляжу. Но нахожусь в их лагере.

— Кас?! — вдруг раздался знакомый женский голос, и, растолкав паладинов, ко мне бросилась фигура, тоже закованная в латы.

Но стоило ей рассмотреть меня, и она резко сбавила скорость.

— Кас? — спросила Ронэ, а это она, и я узнал ее. — Это ты?

Девушка тщательно всматривалась в меня. В ее взгляде мелькали узнавание и надежда, но при этом там была и настороженность.

— Долго ты что-то, Ронэ, — произношу в ответ.

— Кас! — воскликнула она и, подскочив ко мне, сгребла меня в объятия. — Наконец-то я тебя нашла.

А я… я просто взял и потерял сознание. Хватит с меня на сегодня. Если Ронэ тут, то меня вряд ли будут убивать. А даже если и будут, и Ронэ с ними, то мне тогда больше незачем жить.

— Господин констебль, вы уверены, что не хотите остаться под моим наблюдением еще на какое-то время? — спросил у меня целитель.

Знакомый мне целитель при столичном третьем отделении стражи. Именно к нему я в последние разы обращался по поводу обследования моей энергосистемы. И именно к нему меня доставили после плена у культистов.

— Уверен, — устало отвечаю ему.

Этот разговор в том или ином виде уже не в первый раз у меня. Вначале Ронэ, теперь он… Все хотят, чтобы я остался под наблюдением целителей. А я пусть и понимаю их доводы, но не хочу. Не могу больше быть тут. Да и смысла от этого нет же, все, что могли, уже сделали, а больше как-то помочь они не могут. Оставаться же просто ради того, чтобы быть под постоянным наблюдением целителей? Зачем, если это все равно уже ничего не изменит?

Я тут два дня. Если считать с того момента, как очнулся. Или же три, если считать с того, как меня сюда доставили и мной занялись целители. И, может, тело мое они и смогли исцелить, на нем не осталось и следа от ран, шрамов и рубцов, полученных мной в плену. Но вот с душой, разумом они оказались бессильны. И как минимум меня теперь по ночам мучают кошмары.

Не те, как когда со мной пыталась связаться Азура. А кошмары про плен у культистов. Засыпая, я каждый раз возвращаюсь туда. И там меня снова и снова пытают. Порой боль кажется настолько настоящей, что я даже просыпаюсь в холодном поту и с бешено колотящимся сердцем. Вроде бы же уже выбрался оттуда, однако ж…