Медведь дёрнул головой, и Зураб упал. Он был жив, но держался из последних сил.

— Ах ты, тварь! — рявкнул я, бросаясь на зверюгу.

Медведь встретил меня лапой. Разорвал рубашку, грудь обожгло резкой болью, кровь мгновенно залила бок.

Но я не отступил. Вмазал кулаком по морде.

Медведь даже не сразу понял, что его ударили. Просто стоял, как живая гора, смотрел на меня сверху вниз, будто решая, стоит ли меня добивать сразу или поиграть перед этим.

За спиной послышался тяжёлый хрип Зураба. Я стиснул зубы. Этот грёбаный медведь выбрал не тех, с кем можно так просто расправиться.