Мир их душам.

Стены в этих залах когда-то были обиты тканями с уникальными и гармоничными рисунками. Менялись они каждые полгода - у князей была фабрика, производящая главным образом сукно, которое высоко держало не только честь князей, но и честь России.

Да, были в те достославные времена отечественные товары, которые на мировых рынках крепко бивали зарубежных конкурентов - в том числе и славное "аглицкое сукно". Кстати, то были, главным образом, плоды нашей мощной промышленности, а не только водка, пенька, икра и меха.

Княжеские дети с пятнадцатилетнего возраста получали в самостоятельное управление овечьи кошары и по несколько десятков крестьян. Работали с ними, обучая, узнавая народный характер, формируя "свои команды" единомышленников. Вот бы поучиться нашим, закусившим удила в междоусобной борьбе, современникам.

А мы увозили отсюда барятинские секреты наливки из клюковки и кофе "с лимоном".

*

ТРЕПЕТНЫЕ МЕЛОДИИ

Где-то вдалеке взмахнула рукой с пушистым платком Зима. Сюда, на курскую землю легкой дробной россыпью докатились совсем незлые холода.

Они восстановили роскошную, узорчатую живопись берендеева леса. Развесили на окрестных деревьях люстры, сосульки-капельки как бы озвучили "органчики" размашистых еловых веток.

Теперь даже нечаянное появление легкого, как улыбка ребенка, ветерка провоцирует целые гирлянды звуков, сплетающиеся в прозрачные, трепетные мелодии.

А покачивание веток-люстр волнует слух и глаз внезапными цветовыми радужными ударами. Иногда (как на "висюлечках" из хрусталя) цвет бывает ядреным, насыщенным, сочным.

Всмотритесь, вон рубиновый глаз неведомого раненого зверя. А вот ядовито-зеленый украсил белоснежные плечи зимы.

А теперь - фиолетовый. Синий.

Шаг назад - и по глазам снова бьет кричаще-пурпурный...

Безумная, но дающая радость симфония звуков и красок.

*

ПАЛЫЕ ЛИСТЬЯ

Нежаркое осеннее солнце утром вспыхнуло и надолго запало в погрустневшие облака. Душа вырвалась в парк, но запнулась о высокий порожек охолоневшего воздуха. Вздрогнула и поежилась.

Нас потянуло с открытых пространств в куртины, к могучим деревьям. Здесь, в тишине, даже прозрачные, тончайшие веточки ломают и гасят волны холода. А остатная рябь может вызвать "гусиную кожу" и только. Под ногами тяжко вздыхают палые листья.

С посохом в руках чувствуешь себя ежиком из детского мультфильма, который выходит из волшебного леса с яблоками на спине и "шашлыком" из желто-красных узорчатых листочков.

И только в вечеру, слегка измотанные и "отравленные" пьянящим, пузырчатым кислородом, настоянном на банных ароматах полусонного леса, начинаем все быстрей и быстрей продвигаться домой.

*

СНЕГОВОЕ УБРАНСТВО

Вокруг нас по всей России разбросала покрывало зима. А здесь - островок поздне-летней природы.

Вижу, как огромное поле пронизали колючие зеленые стебельки юной травы, которой никто не подскажет, что ночью ударит мороз.

Ее спасение - в снеговой пенистой шали. Но горизонт пока не обременен тяжелыми снеговыми тучами. Видно, космос дышит в сторону от этих благодатно-доверчивых средне-русских краев.

Рачительные хозяева сами начали утеплять парящую, словно банька, землю-матушку. Берут под стеклянное крыло княжеские пальмы, нежнейшие розы, цветы. А виноград "в пропилеях", видно, должен выстоять сам в предстоящую немилосердную зиму.

*

О А З И С

Рядом с дворцом скромно притулился маленький аккуратный оазис. Вступаем туда осторожно. Дверь слегка приоткрыта.

Здесь - изумрудное царство.

Глядишь на подсохшую за выходные землю, и возникает ощущение жгучей жажды. Тут радуются любой лишней, случайно оброненной капле. В каждой из них - по грану жизни.

Вот - разноцветный ковер из бегоний.

Благородные каллы.

Слева безудержно-буйно цветут китайские розы.

Справа стыдливо прячутся среди яркой листвы более капризные розы в ногах у которых стелется бесхитростный можжевельник.

Неподалеку скучают независимо-гордые кактусы с самыми разными сортами иголок и с разными характерами.

А под высокой стеклянной крышей - пальмы и кипарисы. Взорвав кадки и кадушки, они вгрызлись в чернозем и сразу же бурно рванулись к нежаркому солнцу.

Что ж, достойные детки могучих барятинских пальм. С упрямством, изворотливостью и хваткой, да с недюжинным русским размахом.

Какой-то нахальный зверь (дыра размером с небольшой арбуз) роет ход под мраморною дорожкой, выбрасывая грунт слева и справа от нее. Он может погубить всех красавиц, подрыв корни. Это будет трагедия в зеленых тонах. Но даст Бог...