Ган промолчал. Потом нагнулся. Сюн при этом сделала знак, чтобы мужчине не мешали. На Му Ган же взял стакан… и выпил залпом. Поморщился.

— Сколько? — сипло спросил Ган.

— Приятно разговаривать с понимающим человеком, — ответила Сюн. — Вашим подельникам пришлось угрожать, растолковывать перспективы. Господин Хо настолько упёрся, что пришлось его использовать, как пример.

Бин же передали ноутбук. Она поставила его на столик, открыла.

— Пример? — не понял Ган.

— К сожалению, на его похороны вы не сможете попасть, — ответила Хюнэ Ди уже спокойным, холодным тоном. — В республике вас, разумеется, задержат ещё в аэропорту.

По спине Гана потек холодный липкий пот. Вряд ли… Сюн решила просто напугать. Это было бы глупо. Ну, и намёк от неё более, чем… Ясный.

На Му Ган снял очки. Опустил голову, облизал губы.

— Около ста тысяч, Сюн-ним, — сказал кто-то из-за спины Гана.

— Это возле… — Хюнэ Ди задумалась. — Ста пятидесяти миллионов. Спасибо, Шу Чо.

Сюн перевела взгляд на собеседника.

— Почему Аргентина? — спросила она. — Вы бы там выделялись, как белый камень на вулканическом пляже.

На Му Ган расстегнул две верхние пуговицы рубашки. И сделал жест в сторону бутылки, стоящей на столе.

— Прошу, — разрешила Сюн, кивнув.

Ган нагнулся, взял бутылку. Этикетка на ней была блёклой, и написано было тайскими буквами.

Хюнэ Ди и Бин спокойно ждали, пока На Му Ган нальёт и выпьет. Наконец, вылакав полстакана, Ган поставил его на стол, посмотрел на женщин.

— Мы тебя сильно недооценили, Хюнэ Ди, — криво усмехнулся Ган. — Надо было ещё тогда, после смерти твоего…

— Не нужно пытаться вывести на эмоцию, Ган, — спокойно произнесла Сюн. — Это, во-первых, пустая трата времени. Моего времени. А, значит, будет иметь цену. Вы же не хотите перемещаться, например, со сломанной рукой? Давайте к делу. Хаджин.

— Господин Ган, — действительно, холодная тварь, как и говорил Юн, даже голос какой-то змеиный, неприятный. — В текущий момент времени вы объявлены в розыск на территории республики. Как вы можете оценить, сейчас с вами разговаривают частные лица, а не сотрудники прокуратуры. Что говорит о том, что в международный розыск вы ПОКА не объявлены. Надеюсь на ваше сотрудничество. Начнём со счетов в BBVA. Вы готовы?

— С Чжу Сан Юном вы тоже начинали с этого? — Ган должен был сделать эту попытку…

И, судя по лицу Хюнэ Ди, попытка внести размолвку или хоть какой-то туман, полностью провалилась.

— Следующий вопрос не по теме, — ледяным тоном произнесла Сюн. — Будет стоить вам части здоровья. Мы друг друга поняли?

А на губах Бин в этот момент промелькнула снисходительная усмешка. Она потянулась, включила диктофон.

— Двадцать третье мая две тысячи восемнадцатого года, — ровным обезличенным тоном произнесла адвокат. — Семнадцать часов двенадцать минут, Королевство Таиланд, город Пхукет. Частная беседа…

* * *

Остров Ко Яу Яаи. Двумя часами позже

Из белого микроавтобуса, подъехавшего к небольшому, в две комнаты дому, вышли люди. Двое крепких молодых людей в примерно одинаковых серых штанах и белых рубашках вели третьего, мужчину за сорок, в цветастой «гавайке», джинсах и при этом с сильно растрёпанной причёской. Вели довольно грубо, вывернув назад руки, поэтому мужчина находился в полусогнутом состоянии. Четвёртый пассажир, выйдя последним, закрыл дверь.

Они все прошли во двор дома. Шин, кстати, отметил, что местные пейзажи и бытовые привычки, сильно походят на таковые где-нибудь на юге России. Даже обликом местные поселения можно спутать со станицами Краснодарского края.

А ещё никто не пялился поверх заборов, что тут происходит. Местное население, в большинстве своём мусульманское, демонстрировало полное отсутствие излишнего любопытства.

В гостиной домика, на диване, сидел крепкий высокий мужчина. Перед ним на низком столике стояла чашка с кофе. Напротив парня, в кресле, сидела рослая женщина. Перед ней стоял ноутбук.

Бывший адвокат Чо Сон Ха, когда его опустили на колени, увидел перед своим носом женские туфли. Дорогие туфли. Кстати, лиц сидящих Ха толком не увидел, его заставили опуститься сразу же после входа.

— Господин, — раздался очень юный женский голос над Чо Сон Ха. — Ха готов к беседе.

— Что же, это замечательно, Да Сом, — услышал ответ адвокат.

И его сердце пропустило удар. Голос он опознал. В этот момент Ха подняли, подвели ближе и вновь опустили на колени около столика. И при этом отпустили.