— Задушишь!

Настя оторвалась.

— Оль, — вполголоса спросила она. — А это твой парень, да?

— Да, — усмехнулась Ольга. — Знакомься. Ли Дже Вун.

— Очень приятно, — на Настю вдруг напала робость.

— Ли Дже, и саламун нае её донсенг-ийе, Настя, — произнесла Оля, обращаясь к парню.

— Маннасо пангавоё, — пробасил парень и зачем-то склонил голову.

— А что он сказал? — спросила Настя.

— Приятно познакомиться, — улыбнулась Ольга.

— Слушай, а ты по ихнему… — Настя округлила глаза и сделала удивлённое лицо.

— И ты будешь, — усмехнулась Оля. — Поехали.

Она сделала жест в сторону… Той самой большой чёрной машины.

— На этом? — изумилась Настя.

— Ну, да, — ответила Ольга. — А что такое?

— А-а…

Настя склонила голову к сестре.

— А ты на самом деле хорошо зарабатываешь? — тихо спросила она.

— На самом, Насть, на самом, — ухмыльнулась Ольга. — Ты вещи собрала? Я не хочу тебя даже на вечер оставлять в том доме.

— Собрала, — покивала Настя…

… Дом. Ольга смотрела на это место… Забор-штакетник, словно зубы бомжа. Пляшет во все стороны и уже многих штакетин нет. Домик под кроной разросшегося тополя, обитый досками. Когда-то дом был синим, а наличники белыми. А теперь всё чёрное и облезлое. Крыша, прогнувшаяся посередине. В одном окне вместо стекла картонка. Настя, кстати, наверное, и не помнит, когда дом был в более-менее нормальном состоянии.

От калитки до двери в дом набросаны доски. Весной и в дожди тут натуральное болото.

— Как же мне хочется сжечь это, — процедила Ольга, стоя у забора.

Ли Дже, выйдя, недоумённо смотрел на это убожество.

— Ты жила здесь? — спросил он.

— Да, — хмуро ответил Ольга. — И хочу это побыстрее забыть. Идёмте.

Настя с опаской смотрела на неё.

— Идём, идём, — подбодрила сестру Ольга. — Пора с этим закончить нахрен.

По доскам они дошли до двери. Настя вздохнула, увидев, что кто-то опять «открыл» дверь.

— Вот они где!!!

Дверь внезапно распахнулась настежь. И перед молодёжью оказалась женщина. В линялом халате, растрепанная. И с каким-то диким взглядом.

— Мама? — удивлённо и подавлено произнесла Настя.

— Вы где шляетесь, шалавы? — рявкнули в ответ.

— А ну-ка, — Ольга отодвинула назад сестру.

И поднялась на крыльцо.

— Ты что, из дурки сбежала? — с угрозой спросила Ольга.

Он мрачного вида дочери, которая была на голову выше, женщина было смутилась и даже назад отшагнула. А потом вновь натянула на рожу высокомерное выражение.

— Ты чё, силу почуяла, а? На мать…

— Какая ты мать, тварь? — негромко процедила Ольга. — В сторону ушла. Пока в хлебальник не получила. Настя. Вещи забирай.

Анастасия мышкой проскользнула мимо.

— А это чё, хахаль твой? — ехидно, с мерзкой улыбочкой спросила женщина, смотря на стоявшего у крыльца Ли Дже.

— Не твоё дело, — холодно ответила Ольга.

И заглянула в коридор. И увидела Настю, которая стояла с растерянным видом. Ольга нахмурилась.

— Что случилось? — спросила она, подойдя к сестре.

Та посмотрела на Ольгу. На её лице было недоумение, обида.

— Я… А она… Вот.

Ольга заглянула в комнату. И увидела разбросанные вещи. И буквально растерзанные пакеты. Видимо, «матушке» не понравились сборы младшей дочери.

— Документы бери, — произнесла Ольга. — Вещи оставь. Купим новые.

— Но у меня куртка…

— Оставь, — твёрдо произнесла Ольга. — Бери документы, что для учёбы нужно: тетради учебники. Канцелярию купим.

— Но…

По щекам Насти скатились слёзы.

— Всё нормально, Насть. Собирайся.

— Что и сестру на панель тащишь, шалава?! — раздался за спинами девушек визгливый голос.

— Уйди лучше, — с чувством посоветовала ей Ольга.

— Эй, Алевтина! — пьяный голос из кухни. — Пожрать чё есть?

Зыркнув на дочерей злым взглядом, женщина ушла на кухню…

… Настя остановилась у калитки. Обернулась, посмотрела на дом. Сколько раз она уходила отсюда… А потом плелась обратно, заставляя себя идти в этот дом. А вот теперь… Она выйдет отсюда и уже не вернётся.

— А что будет с ней? — негромко спросила Настя у сестры.

— Тебе не всё равно? — спокойно ответила Ольга. — Ей плевать. И на себя, и тем более, на нас.

Настя вздохнула.

— Моден ге хвинчан аё? — спросил Ли Дже.