– Хорошо, хорошо, милая! Завтра вечером увидимся. Я приеду к тебе, - уже в коридоре мужчина обозначил свое видение развития их новых отношений.

– Ага, - ответила Ирина, подставляя щеку для поцелуя, произнося про себя слово "ебай".

С воспоминаниями о вчерашнем "пиздеце", как обозначила произошедшие события Ирина, она проснулась утром. В состоянии полного деструктива Адольфовна приехала на работу. Первыми под горячую руку попались её любимые подчинённые.

– Галина, вы совсем опизденели, да? Как можно было проебоглазить срок подачи апелляции. Ладно эти разъебы, но ты куда смотрела? Где этот блядский реестр дел?
– рычала она за утренним кофе, который пила одна. Остальные сидели склонив головы, понимая справедливость слов своего Фюрера.
– Блять, терпение моё кончилось. Пишите объяснительные. Никакой вам премии в этом месяце. Я пошла строчить письмо о переносе заседания. Если мне не удастся этого сделать, то вы все пойдёте к забору читать слово из трех букв. Бланк заявления на увольнение на всякий случай уже можете взять в папке "Кадры".

Хлопнув дверью, Ирина прямой походкой направилась в свой кабинет.

По дороге её поймал Верчук, который тоже огреб звездюлей.

Ирина, устав от его бесконечных наездов, послала прямым текстом техдира туда, куда Макар телят не гонял.

– Ириха, ты ему реально так и сказала?
– с восхищением уточнила Наталья за чашкой кофе.
– Ну, ты крутая!

Нерабочий разговор женщин прервал звонок телефона Ирины. Увидев имя абонента, вызов пришлось принять.

– Да, Максим Викторович, сейчас подойду, - вздохнув произнесла Ириха.

– Своих юристюгендов неужели реально уволишь, - уточнила главбушка, остановив Адольфовну в дверях чайной.

– Нет, конечно. Я считаю, что это мой проеб. Не надо было мне ослаблять контроль, - ответила Гросси Егоровой.

О событиях прошедших дней и сегодняшнего Ирина крутила мысли в своей голове пока ехала с работы и дома, уже лежа в постели.

Отчего-то ей было крайне не спокойно. Что-то раздражало и нервировало. В поисках триггера своего деструктива Ирка все перебирала по пунктам, пытаясь отделить зерна от плевел.

"Родители и Катька? Их поведение мне понятно. Это не то, - думала она, глядя в потолок.
– Стас? Нет, этот еблантий мимо. Юрики мои? Они, вообще, ни при чем. Верчук? Он - пидорг, конечно, конченный, но дело не в нем. Я его вижу насквозь. Что ещё? Должно же быть то, что меня цепляет до колик в мозгу? Да, есть. Йети. Вернее, его нынешнее поведение. Делает вид, что я ему до фонаря. А почему делает?! Может ему уже реально похрен. Ну и в чем дело?! Я же сама этого хотела. Именно об этом и говорила во время нашего последнего разговора. Как просила, так он и сделал. И к чему тогда мои загоны и нервы? Что девочка-обиженка проснулась?! Ну, как-то так…"

Завершить мысленный алгоритм Ирина не успела. Раздался звонок в дверь. Подумав, что это Стас припёрся, Ирка прямо в короткой сорочке на голое тело пошла открывать дверь, чтобы послать "прусака" ИННАХ…

Глава 26

– Здорово. Как колено?
– хлопнув по плечу, поприветствовал Грекова руководитель регионального минэнерго Андрей Астахов.

– Добрый вечер. Отлично, - коротко ответил Максим, протянув ладонь для рукопожатия.

– Играть в этом сезоне вряд-ли сможешь, - без сомнения в голосе констатировал Астахов.

– Посмотрим, - спокойно произнес Макс.
– Врач велел пока воздержаться.

– Столицу планируешь навестить?
– поинтересовался Андрей.

– Вернулся только. Дел в компании вал, - сказал Греков.

– Да, позвони завтра. Есть разговор по одному перспективного проекту, - выходя на лёд, кинул Астахов.

В ответ Макс только кивнул. Слова министра его порадовали.

"Так тепленькая пошла. Ко-ли в проекте заинтересован регион, значит у компании будут поддержка и средства. Снизим долговую нагрузку, сможем сети модернизировать. Привлечь деньги инвесторов, - начал быстро масштабировать Макс.
– Хорошо, что дядя свел меня с Астаховым. Как не крути, без нужных, а главное, важных, людей ты - никто и звать тебя никак."

От дум злободневных его оторвал звонок Верчука. Посмотрев на экран телефона, Макс вызов сбросил.

Он за сегодняшний день и так устал от техдира и его завиральных, как говорит Курвеллочка, предложений.

Бесконечное нытье и жалобы Верчука на Ирину и её сотрудников уже достали Грекова до печенок.

Выступая вечно в роли рефери в их словесных баталиях, он прекрасно видел и понимал: Курвеллочка бьет техдира по рукам, потому что тот постоянно пытается замутить какой-нибудь незаконный левак.