Шрифт:
На автомате толкаю тележку к кассе. Сердце колотится. Меня словно перевернули вниз головой и окунули в ледяную воду.
Оплатив покупки, я тороплюсь на парковку. Побросав пакеты в багажник, сажусь за руль и позволяю себе минутную слабость. Или это просто гормоны после родов… Обещала же себе больше не плакать из-за Тараса. Этого человека нет и не будет в моей жизни. Зло вытираю слезы и включаю двигатель.
За воротами участка стоит Ванина машина. Он вернулся из командировки раньше, чем планировал. Зайдя в дом, я оставляю покупки на кухне и прошу Нору помочь их разобрать.
Из гостиной выходит Ваня с Киром на руках. Сюсюкает и улыбается ему так искренне, что в который раз ловлю себя на мысли: я поступила правильно. Да и был ли другой вариант? Время в итоге все расставило по своим местам. Тоже правильно.
– А вот и наша мама вернулась, – говорит Ваня Кириллу.
Он никогда не создает вокруг лишнюю суету. Это отличительная черта Крайнова. В какой-то мере она усиливает его природное обаяние. Мой оплот спокойствия и рассудительности в этих безумных буднях. Ну и после всего, что между нами было в последнее время, второй по значимости для меня мужчина. Потому что Кира никто не затмит. Никогда.
– Ну как вы?
Я забираю у него сына.
– Хорошо. Я сам буквально полчаса назад домой зашел.
Ваня собирается еще что-то сказать, но его телефон заливается трелью.
– И уже снова кому-то нужен.
– Не без этого. – Он чмокает меня в щеку и принимает звонок.
Я укачиваю Кира и почти не прислушиваюсь. Но когда звучит знакомая фамилия, замираю.
– Да, хорошо, я включу Савчука в список. Опыт работы с ним имеется, поднимем документацию. Пусть завтра подъедет. Никаких проблем не возникнет…
Сын начинает кряхтеть и дергает ручками. Он будто чувствует мое волнение. А может, скорую встречу с родным отцом…
Завершив разговор, Ваня подходит к нам и с нежностью смотрит на Кира. Гладит его по головке.
– Завтра… Завтра будет кто-то еще, кроме Новиковых? – осторожно спрашиваю я.
– А, пустяк. Савчук в Москве проездом. Они с женой были твоими пациентами давным-давно. Тарас заедет минут на десять, чтобы обсудить с Новиковым дела. Нужно будет переподписать кое-какие документы.
Я холодею. Нет. Нет! Этого нельзя допустить. Ни за что!
Ване снова звонят. Он отвечает, а я смотрю в одну точку, пытаясь вернуть самообладание. Но ни черта не выходит!
У героев есть предыстория – «Тайна под сердцем».
2 глава
Просыпаюсь я по «будильнику», который кряхтит под боком, снова требуя грудь.
– Кто тут у нас такой ненасытный? – нежничаю с сыном.
Мои губы, целуя, порхают над его лицом, и я улыбаюсь, когда он забавно морщится и часто-часто моргает.
Меняю переполненный памперс, еще раз целую Кира в носик и кормлю, пока он не начал плакать и не разбудил Ваню.
Когда сын, причмокивая, сосет грудь, не получается думать ни о чем важном. В моменты нашего единения я изредка ловлю себя на мысли: как быстро летит время. Еще свежи воспоминания о родах. Будто вчера были эти безумно болезненные схватки и потуги, а Киру скоро три месяца.
Поначалу я даже прикасаться к нему не решалась – таким маленьким и хрупким он был. Совместный сон исключила, опасаясь навредить или, не дай бог, задушить его во сне. Меня вырубало сразу, стоило прилечь. Хотя в этом плане ничего не изменилось. Устаю.
Наевшись, сын опять засыпает. Я перекладываю его в кроватку и тоже ложусь доспать ночь, прижимаюсь к Ване. Он обнимает, и так мы валяемся, пока Кир не просыпается.
– Может, слетаем куда-нибудь? – спрашивает Ваня, не торопясь вставать.
– Вместе с Киром? – уточняю я, бросая на него взгляд.
– Почему нет? Он подрос, Нору возьмем. График у меня посвободнее. Зимой было не до того, а сейчас в самый раз.
Ваня придвигается ближе, ложится на бок и, подперев локтем голову, смотрит на нас с Киром. Волосы после сна взъерошены, лицо гладкое и чистое – не дашь Крайнову тридцать пять. Я рядом с ним напоминаю себе зеленое измученное чудовище с черными кругами под глазами.
– Ну… не знаю… – Представляю, сколько всего надо будет взять… – Кир и дома, бывает, устраивает концерты, а в небе, наверное, и подавно будет выступать. Никому мало не покажется. Еще докричимся до небесной канцелярии, и нас с самолета снимут.
Стоит сказать про самолет, как, словно выстрелом, пронзает воспоминанием. Прошлое опять тут как тут, но я сразу от него отмахиваюсь.
– Вообще, идея неплохая. С солнцем в Москве что-то совсем плохо в последние дни. Пасмурно, холодно. Даже с коляской надолго не выйти.