Таргарон вскинул руки и обдуваемая огненными ветрами пустошь стала охлаждаться. Солнце отдалилось, а планета совершила первый оборот вокруг новой оси.

– Видела и «пещерных людей», и как зацвели поля. Я… – кажется, Длань немного засмущалась, – тоже принимала участие в этом. Я помогала ему. Меняла ландшафт и занималась другими вещами. Но не слишком долго. В какой-то момент я поняла, что начинаю жить его идеями и целями. Таргарон был этому рад, а я не очень.

И новые фрагменты прошлого. Земля расцветала буквально на глазах, люди выходили из пещер, опасливо оглядываясь. Теон видел как они строили дома, пасли скот, пахали поля.

Он буквально видел зарождение цивилизации, и это завораживало.

– Но это была не единственная причина. Он собрался совершить нечто невозможное, опасное и глупое, и я не хотела в этом участвовать. Он собирался разделять себя с остальными.

– Разделить себя? Я не понимаю…

– Ты ведь знаешь, что когда Истинное Пламя правило этой вселенной, не существовало смерти, болезней, или чего-то подобного. Люди жили в гармонии и равновесии, мысли и чувства были общими. Каждый был как открытая книга для других, отчего легко можно было находить общий язык. Это был идеальный мир. Как жаль, что он этого не понял…

– Он?

– Неважно, – отрезала Лиамара. – Таргарон собирался все это вернуть. Пусть не в размахах всей вселенной, но хотя бы в рамках одного конкретно взятого мирка. Он называл это…

– Последний Час, – догадаться об этом не сложно, ведь именно к этому сводилась вся вера Детей Света. К тому, что настанет Последний Час, и мир объединится.

– Верно. Последний Час. Момент, когда время перестанет существовать. Исчезнет смерть, страдания и боль. Мир остановится, чтобы продолжить существовать в вечности.

– Больше похоже на вечный ад, – Теону всегда так казалось, когда речь заходила о старом мире, управляемом Истинным Пламенем.

– Он говорил так же… – печально произнесла Лиамара, вновь не став объяснять, о ком именно идет речь.

– Пока что ты рассказываешь мне то, что известно из старых сказок и никак не связано со мной.

– ВСЕ это взаимосвязано, – не согласилась Длань, и разорвала связь. Они оба покинули зарождающийся мир, оказавшись на крыше небоскреба. – Таргарон должен был разделить себя с людьми, в какой-то мере каждый из них стал бы Таргароном, а он бы стал частью их. Образовался бы симбиоз, цель которого – Великое Единение.

– А он сам? Что случилось бы с ним самим, после этого Единения?

– Этим этот план мне и не нравился, и именно из-за этого я отказалась участвовать в этом безумстве. Он не знал. Да и откуда? Никто никогда не пытался занять место Истинного Пламени! В лучшем случае он бы стал одним из этих людей, влился бы в их общество. В худшем… он как личность растворился бы в сознании остальных. Теперь мы этого уже не узнаем.

Стать частью общества… Связать себя с людьми…

Это Теону кое-что напоминало. Его самого, Банрат-тан-Азура и призраков, которые так любили сводить его с ума. Они словно создавали что-то подобное, но в какой-то иной, извращенной и безумной форме.

– Но этот план был не так прост. Таргарон не мог просто передать частицу себя человеку, та бы просто выжгла его изнутри. Чтобы совершить задуманное на должном уровне, он провел эксперимент. Он взял одиннадцать человек, которых счел достойными, и наделил их силой. Сделал первыми Ткачами Иного, как их впоследствии стал называть. Он развивал их силу, чтобы в какой-то момент дать частицу себя, возвысить, сделать их бессмертными и первыми людьми, что войдут в Великое Единение. Но все пошло прахом.

– Они его предали. Я в курсе, – Теон невольно стиснул зубы от закипающего внутри гнева. Банрат-тан-Азур злился, вспоминая то время.

– Предали, но тебя никогда не интересовало, почему?

– Потому что они были алчны. Они захотели ещё силы.

– Отчасти, – кивнула Лиамара. – Но это не все. Они не хотели становиться частью коллективного сознания. Они хотели продолжить жить как жили, быть единственными, а не первыми из многих. Поэтому они его убили.

– Меня вообще удивляет, что они оказались на это способны. Он отдал им крохи, лишь малую часть. Как они смогли нанести удар такой силы, что тот оказался смертельным?

– А вот здесь мы подступаем к главной теме нашей беседы, к тому, что ты так хотел узнать. Таргарон не мог дать Свет всем. На взращивание тех, кого теперь называют Старыми Богами, у него ушли долгие годы. А это были лишь одиннадцать человек, и их сила по наследству не передавалась. Поэтому он пошел по другому пути. Он решил превратить каждого человека в Ткача Иного. Это было сложно, я бы даже сказала почти невозможно, но он придумал, как. От столетия к столетию их должно было становиться все больше, а за счет слияния и взаимодействия мужской и женской энергии от поколения к поколению дар должен был крепнуть. Спустя тысячи лет, когда все жители мира превратились бы в сильных и могущественных Ткачей, ему было бы достаточно просто внедрить в Иное свою силу, мгновенно связав всех вместе.