Хакворт пошел через автомобильную стоянку к "Макдональдсу". Первый парень остался у шлагбаума, второй следовал чуть поодаль. Дверь тоже открыл солдат. Хакворт блаженно выдохнул, почувствовав на лице струю прохладного воздуха. Сейчас поры его одежды начнут выталкивать забившую их грязь.

Кафе немного пограбили. Из-за стойки несло химией; кубы для картофеля-фри опрокинули, жир вылился и застыл снежным сугробом. Значительную часть соскребли мародеры; Хакворт видел параллельные следы женских пальцев. По стенам висели прозрачные медиатронные панели на тему Великого Шелкового Пути — виды красивых мест отсюда и до Кадиса, где в старину заканчивалась караванная дорога.

Доктор Икс сидел за угловым столиком, лицо его светилось в холодном ультрафиолетовом отблеске лампы дневного света. Он был в шапочке с вышитым золотым драконом и в великолепном парчовом халате. Ворот у халата был широкий, рукава заканчивались у запястья, и Хакворт видел под тканью гоплитскую броню. Доктор Икс на войне, он покинул безопасный периметр Сучжоу и должен быть в любую секунду готов к нападению.

Он пил зеленый чай из бумажного макдональдсовского стаканчика, рядом в графине с горячей водой кружились тучи зеленых листьев. Хакворт снял шляпу и поклонился на викторианский манер, что было прилично и уместно. Доктор Икс тоже наклонил голову, и Хакворт увидел пуговку на его шапочке — красную, что означало высочайший ранг, но из коралла, то есть вторую по старшинству. Рубиновая была бы знаком верховного сана. В западных понятиях доктору Икс соответствовал бы младший кабинетный министр или трехзвездочный генерал. Кажется, это самый высокий чин, которому дозволено встречаться с варварами.

Хакворт сел напротив. Из кухни бесшумно просеменила девушка в шелковых туфлях, поставила ему графин с зеленым чаем. Провожая ее взглядом, Хакворт лишь самую малость содрогнулся при виде крохотной — дюйма четыре — стопы. Наверное, сейчас это делают иначе, лучше — вероятнее всего, регулируют рост предплюсны в отроческие годы. Может быть, ей даже не больно.

Подумав это, Хакворт впервые осознал и другое: десять лет назад он поступил правильно.

Доктор Икс смотрел на него и, кажется, читал его мысли. Он тоже задумался и некоторое время ничего не говорил, только смотрел в окно да изредка прихлебывал чай. Уставшего с дороги Хакворта это вполне устраивало.

— Научили вас чему-нибудь десять лет в заключении? — спросил доктор Икс наконец.

— Кажется, да. Но мне трудно выудить смысл, — ответил Хакворт.

Доктор Икс попросил растолковать выражение. Для иллюстрации Хакворт вытащил десятилетней давности визитную карточку с динамической печатью доктора. Когда старик выудил дракона из воды, доктор Икс внезапно понял и одобрительно улыбнулся. Это было заметное проявление чувств — допуская, что они искренни — однако война и возраст могли притупить его осторожность.

— Нашли Алхимика? — спросил доктор Икс.

— Да, — ответил Хакворт. — Я — Алхимик.

— Когда вы это узнали?

— Совсем недавно, — сказал Хакворт. — И сразу все понял. — Он показал рукой, будто выдергивает рыбину. — Нанотехнологически Поднебесная далеко отстала от Ниппона и Атлантиды. Кулаки и раньше могли бы сжечь варварские линии подачи, но в итоге народ беднеет и лишь больше мечтает о западных товарах. Вы решили перепрыгнуть варварские сообщества, создав технологию Семени. Сперва вы разрабатывали ее в сотрудничестве с племенами второго эшелона, Израилем, Арменией, Великой Сербией, но они оказались ненадежны. Снова и снова вашу старательно созданную сеть разрушали силы Поддержания Протокола.

В ходе этих неудачных попыток вы впервые вышли на КриптНет, которую, без сомнения, посчитали очередной триадой — шайкой презренных заговорщиков. Однако КриптНет была связана с чем-то более глубинным и любопытным — обществом Барабанщиков. Скудоумные чудаки-европейцы, криптнетовцы не сумели оценить всей мощи коллективного ума Барабанщиков. Но вы-то сообразили, что к чему.

Чтобы запустить проект, вам нужен был рациональный, аналитический ум нанотехнологического инженера. Я подходил по всем статьям. Вы бросили меня в туннели Барабанщиков, как семя в плодородную почву, мои знания проникли в их коллективный мозг, их мысли — в мое подсознание. В какой-то мере они стали продолжением моего мозга. Десять лет, по двадцать четыре часа в сутки, я бился над вашей задачей.

Прежде, чем я закончил работу, меня вытащило мое начальство из Сил Поддержания Протокола. Я был близок к завершению, но не достиг его.

— Ваше начальство разгадало наш план?

— Либо они ничего не знали, либо знали все и притворялись несведущими, — ответил Хакворт.

— Но теперь вы, конечно, рассказали им все, — еле слышно произнес доктор Икс.

— Если б мне пришлось ответить на этот вопрос, у вас не было бы резонов оставить меня в живых, — сказал Хакворт.

Доктор Икс кивнул, не столько подтверждая его правоту, сколько одобряя образцово-циническую логику Хакворта, будто тот, проделав серию по видимости несвязных ходов, захватил большую территорию камушков на доске го.

— Кое-кто ратовал бы именно за это решение, памятуя, что сталось с девочками, — сказал доктор Икс.

Хакворт совершенно опешил, в голове наступила полная пустота. От смущения он некоторое время не мог заговорить.

— Буквари пошли на пользу? — спросил он наконец, стараясь, чтобы это не прозвучало насмешкой.

Доктор Икс на мгновение осклабился, потом чувства его снова ушли на дно, словно занырнувший кит.

— Кому-то может и пошли, — сказал он. — Я считаю, напрасно мы их спасали.