Максимальная дальность у Георга составляла сто шагов, без учёта автономного режима. Но сейчас она не понадобилась. Он ощутил лежащее тело буквально в двух шагах.

Вариант, что завладевший их подопечным паразит устал и лёг отдохнуть, был откинут, а вот вариант, что тело школьника просто не выдержало боя сразу с тремя боевыми куклосами, казался более правдоподобным. Тем более что он мог получить рану... точно!
– осенило Георга, - он был ранен, смог добраться до меня и тут умер. Или свалился без чувств. Но и тот и другой вариант сулил большие проблемы.

Кукольник прислушался, не решаясь проверить рукой, - вроде дышит. Но для паразита неподвижность носителя перед жертвой не лучше смерти, он должен вылезти из тела и... а может он уже вылез?!
– Георг подскочил, и начала пятиться от тела, слепо шаря по своей одежде - если паразит успел забраться на него... нет, не успел. Его активированный на максимум эхолокатор сообщил, что лежащее тело село и, - в голове сложилась картинка, - уставилось на него.

– Так вот в каком деле Пью потерял свои иллюминаторы!
– весело сказал молодой голос в окружающей Георга тьме.- А чего ты скачешь как молодой сайгак? Люди в твоём положении должны двигаться неспешно, в окружении стада пиратов. Знаешь, чем кончил слепой Пью, когда один вышел на дорогу? Его сбила лошадь. Не та, что сбила Бендера, та сама от него пострадала... или ты у нас не Пью, а Бендер? Чего молчишь, скажи что-нибудь, а то я прямо чувствую, как во мне просыпается безумие Малкавиан!

Георг услышал, как говорящий вздохнул и пробубнил себе под нос, - Остапа понесло...

– Ты убил моих марионеток?
– решил он внести ясность.

– Знаешь, в твоём положении я бы об этом не упоминал. Во-первых, они на меня напали без всякого повода, во-вторых, те, кто используют живых людей в качестве марионеток, сами достойны такой участи... Не искушай судьбу.

От последнего намёка Георга перекосило. Паразит быстро учился общаться и после первой минуты бреда начал говорить вполне осмысленные вещи.

– Это были преступники, осуждённые на смертную казнь. Они сами согласились стать куклосами.

– Ты их лично спрашивал или тебе так сказала администрация тюрьмы, где ты их получил?

– Это юридический вопрос, ими занимались юристы клана.

– Вот что-то подсказывает мне, что когда одним нужны тела, а у других есть власть над заключёнными смертниками, то вопрос их добровольного согласия становится несколько иллюзорным.

– Для паразита ты очень хорошо соображаешь, - сказал Георг, решив не обращать внимания на странные слова паразита, проистекающие, видимо из его прежних жизней с другими носителями.
– Или ты так ассимилировался с сознанием школьника... да нет, он бы так не разговаривал. Кто ты и чего хочешь?

– Вопросы, вопросы... если я тебе вот так прямо отвечу, это же будет не интересно! Давай сыграем в игру. Я загадаю загадку. Если ответишь правильно, то я отвечу на один твой вопрос. А если нет, то я тебя съем. Вот вопрос - съем я тебя или оставлю в живых?

Отступая, Георг упёрся спиной в ствол дерева и сполз по нему на землю. Ему всё равно не убежать, зрение восстановится минимум минут через сорок - это было единственное знание, пришедшее от симбиота. Пока червь не регенерирует, рассчитывать нужно только на себя. Значит надо сосредоточиться на единственном, что у него осталось. На собственном интеллекте.

Вопрос, несмотря на бредовость вроде содержал внутреннюю логику, но в ней чего-то не хватало. И тут он вспомнил.

– Это же вопрос Сфинкса!

– А ты его, откуда знаешь?

– В школе проходил. Были у нас такие стражи мёртвых, но после Второго Восстания некромантов их полностью истребили. Сегодня от них остались только проекции в Астрале.

– Ладно, будем считать, что ты ответил. К твоему сведению, я не собирался тебя есть. Я даже не хотел тебя ослеплять, призрак немного перестарался. Но, я смотрю, что твои глаза уже регенерировали, только какие-то блеклые...

– Своим выбросом праны ты повредил мою душу. А её регенерация медленнее, чем у тела.

– Так, подожди. Я своего рода эксперт по душам и ответственно заявляю, что подобными энергетическими ударами их никак нельзя повредить.

– В твоём мире может и нельзя, а у нас можно.

– Это ты тоже в школе проходил?

– Да.

– Ничего не понимаю... хотя... а школа была обычной или вашей, клана кукловодов?

– Клановой. Какое это сейчас имеет значение?

– Как твоё имя?

– Георг.

– Георг, у меня для тебя очень плохая новость. Согласно моим, хгм... исследованием ваших паразитов, то удар праны принял на себя именно твой паразит. И если ты чувствуешь, что повреждена душа, то это значит, либо то, что паразит поглотил и заменил собой твою душу, либо, что он в процессе её поглощения. Странная, конечно способность, но если ты сам на это согласился, то он мог получить такое право. Ты при вступлении в клан никакой договор кровью не подписывал?

...

Разговор как то затих. Я смутно чувствовал, что говорю что-то не то, что меня несёт по наклонной уже далеко не здравого смысла. Наверно слияние разумов прошло не так идеально, как я думал сидя в астрале. Какие-то куски воспоминаний из старых фильмов и книг. А ещё в руках чувствую круглую холодную тяжесть чёрного шара. Значит, могу его использовать. Может, не придётся?