— Не произноси! — оборвал я ее прежде, чем мама сказала запретное слово. Глупая привычка, оставшаяся со времен, когда Амацу-сенсей впервые ударила Акиру по губам.

— Акирахиме-сан мне тоже запрещала, — нервно рассмеялась Кагами. — Наверное, потому вы и живете на свободе, что знаете, как не привлекать внимания. Делаете, что пожелаете. А мне до конца жизни каждые полгода отмечаться, чтобы доказать, что не беременна. Дочку мне даже на руках подержать не дали, сразу забрали куда-то в сиротский приют.

Очень искренне. Короткий и не слишком информативный мамин рассказ поднял где-то внутри меня волну раздражения. Направленного не на несчастную женщину, разлученную с детьми, а на тех, кто это сделал. Что занятно, Хидео-сан ни о каком законе, принятом еще в эпоху Эдо, ничего не знал. А уж сколько раз его нарушал… хотя, речь, наверное, все же идет о женщинах-кицунэ, их проще контролировать, чем каждую любовницу любвеобильного лиса.

— Кагами-сан, сочувствую тому, что вы пережили, но я спросил о другом. Что вы знаете о том, как храм проведет повторную проверку? — я даже на вежливую речь перешел… потому что мне этого захотелось. А также возникло желание еще раз с мамой повидаться и сказать ей что-нибудь приятное. Например, что не сержусь на нее и благодарен за сестренку. И что по-настоящему восхищен тем, как она спустя годы к папе вернулась. Но нет, не сейчас. Эмоции в сторону, сухие факты на стол.

— Способы могут быть разными, я знаю очень мало. Но самый распространенный — школьная экскурсия в храм. Она не вызывает подозрений и позволяет охватить максимальную аудиторию. Во время посещения школьниками те же духи добавляют в благовония.

Это имело смысл. Кажется, и меня тоже ближе к окончанию средней школы в какой-то храм вместе с классом водили. Я, к стыду своему, не запомнил, в какой именно, но почти наверняка в принадлежащий Инари.

— Вы были услышаны, Кагами-сан, — сказал я расстроенной женщине. Давать какие-то обещания преждевременно, да они мне и не нужны.

До магазина я все-таки дошел и купил весь их тофу — не так и много, всего пару кило оставалось. У меня дома же это лакомство и вовсе опасно близко к истощению. Когда под одной крышей проживают три кицунэ, а четвертая периодически заглядывает в гости — запасы соевого сыра тают, подобно льдинкам на поверхности озера с наступлением весны. Очень быстро!

Дело, конечно же, не в деньгах — их я еще много заработаю и гораздо больше получу по наследству от Макото-Хидео, когда выиграю суд. А ведь мошенник нашел отличный способ легализовать золото, если задуматься. Просто подождать, пока украденное превратится в клад.

Также закупился мороженым. Все его любят. Ванильное, шоколадное, со вкусом зеленого чая, с ароматом лепестков сакуры. Жаль, с абура-аге не было. Я знаю, оно существует, но слишком большая редкость, чтобы найти в обычном минимаркете. Нужно будет через сеть заказать.

Пока делал покупки, размышлял по существу проблемы с храмом. Всё, что мне нужно добиться — сделать так, чтобы Тика не чихнула и вообще выглядела, как обычная девочка.

Может, мне пробраться в святилище накануне проверки и подменить их запасы пыльцы на что-то более безобидное? Наверное, выполнимо моими силами, хотя придется сильно рисковать. И я бы рискнул, закрыв глаза на опасность для себя. Но обитающие там кицунэ сразу заметят, что инарицумэ на них не работает и в самом мягком варианте проведут еще один повторный тест. Так что нет. Может быть, у наставницы найдется какая-нибудь травка, отключающая обоняние. Из состава того отвара, что помог прекратить сестренке чихать.

А может быть… сумеет же наставница открутить свой возраст до пятнадцати и изменить лицо? Самое пугающее в этом варианте то, что непоседливой лисице может понравиться быть школьницей и у Тики-тян внезапно появится новая одноклассница. Хотя, вероятнее всего, сенсей скажет, что я сам должен решить эту проблему.

Две лисицы, древняя и совсем молодая, еще не осознающая своей природы, сидели вместе перед телевизором и смотрели аниме. На лице Амацу-но-Маэ при этом было раздраженное выражение.

— О, мороженка, братик, ты вообще лучший! — учуяла угощение Тика. Наставницу я тоже не обделил, выдав обеим самое простое ванильное.

— Амацу-сан, вы недовольны историей, которую увидели? — не мог не спросить.

— Эта старуха возмущена! Девятихвостый лис показан, как безумное животное, влекомое жаждой разрушения, — объявила сенсей. — Он слишком громкий и грубый. Где изящество, где тонкое искусство добиваться своего, оставаясь в тени? Размахивает хвостами, словно дубиной. И эта зависимость от глупого мальчишки! Настоящий кицунэ стал бы ребенку наставником и научил его хитростям.

— Бабуль, это ж просто аниме, и дальше он… не, это спойлеры.

— Сия пьеса нуждается в исправлении, — выдала Амацу-но-Маэ.

— Так напишите фанфик, Коноха-сан, — предложил я. — Это такая история по мотивам, дополняющая оригинал чем-то новым. Пусть у вас будет правильный девятихвостый кицунэ, ведущий себя, как полагается.

— Да будет так! — неожиданно согласилась старушка. — Ты, Тика-тян, покажешь этой старухе, как писать в этом вашем интернете.

— Сестренка, отыщешь мой старый ноутбук и научишь Коноху-сан им пользоваться?