— Так по работе же! К тому же она старше меня лет на десять!

Сомневаюсь, что обошлось всего десяткой. Думаю, там все пятнадцать.

— Да какая разница, если она фемина? И выглядит как порнозвезда в наилучшей форме!

— Нет у меня с ней ничего! Накосячил я, вот она и сваливает на меня кучу работы, — продолжал строить из себя виновного.

— Я ничего не хочу знать! Если ты на этой неделе продолжишь пропадать с этой, — Кира показала понятные формы, — то можешь ко мне больше не подходить.

— Кир, ну ладно тебе!

Как планировали, девушка не стала дожидаться моих объяснений, резво побежала дальше. Я же, подскочив, наступил на специально развязанный шнурок и сел его завязывать обратно на газон.

— С характером девица, — за спиной раздался голос отставного военного, подход которого в этот раз я услышал.

— А? Да! С норовом, как и начальница моя.

Встал с газона, отряхиваясь.

— Не тряси граблями, Галактион, мой газон скорее ты запачкаешь, чем он тебя!

Возмутился дед настолько искренне, что я даже не нашёлся с ответом.

— Слышал ещё, что начальница твоя хороша собой, — голос его потеплел.

— Ох, — вздохнул, — в том и беда. К такой женщине любая приревнует. Моя бывшая супруга тоже постоянно недовольна была, что я с Викторией Павловной работаю. Не понимают только они, что не светит мне ничего там. Слишком я молод для неё. Вот был бы на десяток лет хотя бы старше…

— Ты дурью, малец, не майся. На тебя молодых хватит. Вон самый возраст твой от тебя же и убежал. Догоняй её да держи посильнее. Минуту покуражится, а потом сама рада будет.

Сказал бы я ему, что удерживать изменённую женщину перспектива сомнительная, но это увело бы разговор черти куда. А мне нужно было заканчивать.

— Не, без решения проблемы с директором мне лучше не соваться. В принципе, она меня неделю уже промучила, должна была успокоиться. А чтобы лучше прошло, надо ещё задобрить. Отправлю-ка я ей цветы. Точно! Спасибо, Василь Аврорьевич! Ви…

Лавочкин хотел мне что-то возразить. Вполне возможно, что его хватка прапорщика с выслугой лет уже начала считать Лебедеву своей женщиной, а значит довольным он моим жестом не мог быть. Я не стал его слушать, потому что у меня всё уже было заготовлено. Вика знала, что делать, только команду ждала.

Потому я побежал к концу улицы и свернул на боковую, где меня ждала рыжеволосая красотка. От вида ожидающей Киры взглотнул слюну.

— Ну как? — спросила девушка.

— Вроде клюнул, теперь нужно проконтролировать, чтобы был охранник подогрет. Сегодня как раз его смена.

— Я тебе для этого уже не понадоблюсь, — с грустью сказала Кира.

— Зато понадобишься на тестах.

— Ага, это мы будем делать то, что в такси вчера отрабатывали?

Улыбались мы оба, ещё полные впечатлений от вчерашнего.

— Это будет научный эксперимент, так что без усердия. Строго по регламенту, — погрозил ей пальчиком.

— А я что? От тебя зависит, — стрельнула глазками, — может ты, наконец, не выдержишь моей атаки.

— Тогда у меня будет оправдание перед Викторией Павловной, сразу же с доказательствами. Всё, надо бежать, а то не успею ко времени.

— Пока, — попрощалась моя самая главная учащаяся на данный момент.

— До встречи!

Пришлось немного ускориться, чтобы успеть собраться на работу и не остаться голодным. Уже входя в фойе, понял, насколько мне повезло. Сумел заметить шикарный образ своей начальницы, растворяющейся в дверях лифта.

Вслед ей, конечно, смотрел Константин Егоров. Тот самый сотрудник службы охраны нашего научного комплекса, недавно демобилизовавшийся в низком звании. Ох, любит Вика таких крепких на вид, но безобидных по возможностям мужчин.

Так-то и я подхожу по критериям, но гляньте — занял место любимой игрушку особого назначения, как выяснилось. Впрочем, я подозревал об этом и совсем не жалуюсь. Игра у нас обоюдная.

— Доброе утро… — сделал вид, что взглядом выискиваю на бейдже имя, — Константин. Как там богиня наша, уже на месте?

Костя посмотрел на меня с недоумением.

— Ну, вы что? Константин! Самая прекрасная и в то же время суровая… но справедливая! — оглянулся будто бы в страхе, что меня услышали посторонние, — женщина из всех.

На слове «женщина» добавил сердечности.

Теперь Костя посмотрел на меня, как на говно.

— Не знаю, как вас зовут и про кого вы говорите, но я не имею права распространяться о местонахождении сотрудников.

Да, конечно! В этой галактике… нет, это я на уровень тщеславия родителей вышел. В этом здании нет никого, кто бы не знал имя профессора Воронцова. Таким уж запоминающимся меня наградили мама с папой. Спасибо, хоть внешность определяется наследственными признаками, а не их фантазией.