— И вы — председатель этого общества, — догадался я.

— Именно, — с достоинством кивнул мужчина. — Домовой — это очень редкое магическое существо. Мы должны взять его под охрану.

Услышав это, Семен отчаянно дернул меня за рукав.

— Я не хочу, чтобы они меня охраняли, — шепотом заявил он.

— А если домовой не захочет иметь с вами дело? — поинтересовался я.

— Это не имеет значения, — отрезал мужчина в мундире. — Мы его переубедим.

И он повернулся к Померанцеву.

— Прекрасный дом, господин адвокат. На первом этаже будут лаборатории, на втором — спальни для сотрудников.

— Я не впущу их в дом, — разъяренно зашептал домовой. — Все, мое терпение лопнуло, я иду за сковородой!

Вздохнув, я послал ему зов.

— Неужели ты не видишь, что это сумасшедшие? — беззвучно спросил я. — Если ты начнешь лупить их сковородой, это еще больше их раззадорит. Помолчи и дай мне все уладить.

— Ладно, — недовольно согласился Семен, — но если что, в саду хватит места для их могил. Не забудь сказать им об этом.

— Непременно, — успокоил я Семена, а затем обратился к Померанцеву. — Вы заключили сделку с господином Кожемяко, — сказал я. — Ваша подпись на купчей подтверждает это.

Померанцев недовольно поджал губы.

— Я разрываю сделку. Эти господа пообещали заплатить гораздо больше той цены, которую давал господин Кожемяко. Я готов выплатить некоторую компенсацию за беспокойство, но и только.

— Не думаю, что дело ограничится компенсацией, господин адвокат, — улыбнулся я. — Скорее всего, у вас возникнут и другие неприятности. Последний адвокат, который решил, что сможет меня провести, сейчас сидит в Петропавловской крепости. Вы уверены, что все дела, которые вы ведете, в абсолютном порядке?

Померанцев побледнел и промолчал, но тут снова вмешался мужчина в мундире.

— Я титулярный советник Мышеватов, — с достоинством представился он. — С кем имею честь? Почему вы позволяете себе угрожать господину Померанцеву?

— Граф Александр Васильевич Воронцов, — с улыбкой ответил я.

Мышеватов изменился в лице, но не отступил.

— Почему вы позволяете себе угрозы в адрес господина Померанцева? — отважно спросил он. — Вы стоите на пути науки и прогресса, ваше сиятельство, предупреждаю вас. Домового нужно изучить, хочет он того или нет.

— А чем вы его кормите? — вмешалась женщина с горящим взглядом и растрепанной прической.

Я поморщился от ее визгливого голоса, но вежливо ответил.

— Этот домовой любит сладости и молоко.

— Безобразие! — возмутилась женщина. — Ему нужно срочно прописать специальную диету.

— Я не хочу диету, — зарычал Семен.

— Домовой не хочет иметь с вами дело, господин Мышеватов, — передал я слова Семена титулярному советнику. — Даже если вам удастся купить этот дом, в чем я сильно сомневаюсь, домовой просто переедет ко мне.

— Домовой не может переехать, — возразил Мышеватов. — Это противоречит законам магии. Домовой привязан к своему месту обитания.

— Семен, покажись и подтверди мои слова, — предложил я домовому.

— А ты правда заберешь меня, Тайновидец? — с надеждой спросил Семен.

— Ну, не бросать же тебя на растерзание этим защитникам, — усмехнулся я. — У меня довольно большой дом, да ты и сам видел, так что места хватит всем.

— Спасибо, — ответил Семен, а затем стал видимым.

Защитники редких магических существ все как один бросились к ограде, и она затрещала под их напором. Домовой отступил на шаг.

— Съеду, так и знайте, — громко заявил он. — Но сначала прибью любого, кто сунется в дом.

— Это нарушение законов, — принялся настаивать Мышеватов. — Редкое магическое существо не может добровольно менять место обитания.

Я с досадой покачал головой.

— Если вы не угомонитесь, то место обитания может стать местом преступления. Так что два шага назад, господин Мышеватов.

Убедившись, что титулярный советник прислушался к моим словам, я послал зов Мише.

— Срочно приезжай к дому Померанцева и захвати городовых, — сказал я. — Здесь назревает бунт. Налицо нарушение общественного порядка.

— Бунт против императора? — деловито поинтересовался Миша.

— Хуже, — ответил я. — Против магии.

— Буду через две минуты, — заверил меня друг.

— Полиция уже едет сюда, — сказал я. — Теперь, господа, вам предстоит разбираться с ними, а мы с домовым уходим. Идем, Семен.

Похоже, мои слова несколько отрезвили Мышеватова.

— Дом без домового нам не нужен, — сказал он Померанцеву.

— И обвинение в нарушении общественного порядка тоже, — добавил я.

— Да, — кивнул Мышеватов. — Мы ученые, а не бунтовщики. Наша сделка отменяется, господин Померанцев!