Берестин настаивал на возвращении в Москву. Ольга категорически отказалась. В Богучар принеслась представительная комиссия. В их числе был и военный министр и начальник ОКЖ и ещё куча чинов. На улицах города стояли военные патрули на бронетехнике. Хотя комендантский час не объявляли. Приехал и мой дед.

Меня пригласили в отдельный номер гостиницы.

— Андрей, тебе надо убедить Её Высочество прекратить ваш вояж. — Настаивал Берестин.

— Прошу прощения, Ваше Высокопревосходительство, но Её Высочество довольно упрямая девушка. У неё стальной стержень. И если она что решила, то пойдёт до конца. Я не буду грузить её психику. И если мне позволено будет, то выскажу своё мнение.

Берестин, военный министр, министр двора Его Императорского Величества, Министр МВД и мой дед (представительная компания собралась), молча уставились на меня. Они сидели в креслах, я стоял, как сопливый кадет перед ними. Сесть мне никто не предлагал. Берестин и военный министр переглянулись с моим дедом. Тот пожал плечами.

— Говори, внучек. А мы послушаем.

— Я считаю, что Ольга… Извините, Её Императорское Высочество всё делает правильно. Она идёт в народ. Её подданные видят её в живую. А это значит, что для них она становится такая же, как и они сами. А не какая-то из числа небожителей, недосягаемых для простых смертных. И это правильно, так как подобное рождает в людях искреннюю привязанность к ней и любовь. К тому же она своими глазами увидит, как живут её подданые. А то, что на неё покушаются, так и во дворце она от этого не застрахована. Мало того, Корпусу жандармов, наоборот будет лучше ловить на живца всякую заграничную шваль и местных национал-предателей. Заодно пусть повышают свой профессиональный уровень. А то, это никуда не годится. Охрана постоянно запаздывает. А она должна быть на полшага, а лучше на шаг впереди заговорщиков и убийц.

Берестину явно это не понравилось. Так как я сделал тонкий намёк, на толстые обстоятельства. Я хоть и не профи в этом деле, но даже я заметил явные косяки.

— А ты для чего возле неё, Андрей? — Спросил он.

— А я не профессиональный телохранитель, Алексей Николаевич. Так что сорри.

— А на хрена мы тебя к ней допустили, Самарин?!!!

— Понятия не имею, Ваше превосходительство. Это Вы сами у себя спросите.

— Не дерзи, Андрей. — Недовольно сделал мне замечание дед.

— Извините, Алексей Николаевич.

Берестин положил на стол карту юга России. Сверху на неё положил карандаш.

— Отмечай ваш путь, по которому вы поедите.

— Но, Алексей Николаевич. Я и сам не знаю, как мы поедем! По землям Войска Донского. На море заскочим. Потом возможно на Терек.

— А вот этого не надо. — Вступил в разговор военный министр. — Что это за анархия? Ты предложил этот вояж, будь добр составь маршрут.

— Как говорил один исторический персонаж, анархия, это мать порядка… Извините, шутка. — Решил схохмить, но не получилось. Мой креатив не оценили.

— Шутка не удачная, молодой человек. — Сделал замечание министр двора Его Величества.

— Маршрут, лейтенант! — Напирал на меня глава ОКЖ. Я взял карандаш.

— Нууу…

— Гну, внучок. Рисуй.

— Хорошо. Отсюда, из Богучара двинемся вот сюда, как я понял, это Донецкий округ к городу Каменск.

— Понятно. Раньше это была станица Каменская. Только из станицы, этот населённый пункт уже вырос в город. — Пояснил Берестин, глядя мне в глаза. — Дальше куда?

— Потом Первый Донской округ. Вот сюда.

— Веди линию, как будете ехать… В Константиновскую заедите?

— Ну да.

— Понятно. Дальше?

— Потом в Черкасский округ.

— В Новочеркасск будете заезжать?

— Будем. А после в Ростовский округ. В Ростов заедем и к морю. Сначала к Азовскому, потом Старощербиновская, Ахтарск, Темрюк и Тамань. Примерно так.

— Не примерно, Андрей. А именно так и двинетесь. Пойми, по этому маршруту, который ты, Андрей, начертил, будут приняты меня безопасности.

— Алексей Николаевич, но Вы же понимаете, что в дороге всякое может случиться. Можем отклониться от него.

— А ты постарайся не отклоняться.

— Ну а всё-таки? Если такое произойдёт?

— Тогда немедленно ставь меня в известность. В любое время дня и ночи.

— Ну ночью навряд ли. Ночью мы спим. — Я усмехнулся, правда тут же заткнулся.

— Это хорошо, что вы спите… Надеюсь раздельно с Цесаревной?

— Не совсем.

— То есть, её высказывание, это в буквальном смысле этого слова?

— Ну да… Спокойно, господин полковник… Спокойно, господа. Да мы спим с ней, но ничего не было. Я в трусах, она тоже.

— Что значит ты в трусах и она тоже? — Министр двора вскочил с кресла.

— Ну не в трусах прямо так. Оля спит в пижаме. Мы её здесь купили. Я в трико.

— Но вы спите вместе! — Не сдавался министр. — Это не допустимо! Она наследница престола! Это скандал!

— Вы, господин министр, не мне это скажите. Вы это Цесаревне скажите. Я посмотрю, что она Вам ответит.

— А Вы, молодой человек, этим и воспользовались. Не стыдно? Она ещё совсем девчонка.

— Нет, мне не стыдно. И не такая уже она девчонка. Её 22 года! И вообще, это наше с ней личное дело!