И это было пределом моего терпения. Мой кулак резко ударил Зеда по лицу. Впрочем, он даже не вздрогнул. Он просто стиснул зубы и глубоко вздохнул, прежде чем снова открыть глаза.

— Поговори со мной так еще раз, Зейден, — прошипела я ему. — Блядь, да как ты смеешь. Может быть, все превосходные оргазмы, которые я получила, уменьшили остроту моего насилия, но я более чем чертовски рада напомнить тебе, почему я такай, какай я есть. Не испытывай меня.

Его голубые глаза вспыхнули гневом, но он ничего не ответил, только резко кивнул и вылетел из комнаты. Несколько мгновений спустя входная дверь хлопнула, и его шины завизжали, когда он вылетел с подъездной дорожки.

Когда я была уверена, что он ушел, я позволила силе вытечь из моих костей и рухнула на пол трясущейся грудой. Что, черт возьми, все это было? Мы с Зедом так не спорили. Мы просто не могли. Так что же, черт возьми, только что вызвало его гнев? Я ни на секунду не поверила, что это было просто от того, что мы с Кассом трахались. Это означало бы, что его чувства ко мне сильно изменились за последние недели, и это... просто непостижимо. Не у него. Не у моего лучшего друга.

Я отказывалась даже рассматривать такую возможность, потому что отказывалась потерять самого важного человека в моей жизни. Значит, должно быть что-то еще.

Может, он что-то затеял...

Глава 14

Лукас все еще был в гостиной, когда я наконец спустилась вниз, и вопросительно посмотрел на меня, когда я присоединилась к нему.

— Я не слышал выстрелов, — сказал он с кривой улыбкой. Он выглядел усталым и страдающим. Я слабо улыбнулась в ответ.

— Во всяком случае, пока нет. Зед уже выделил тебе спальню? — Лучше сменить тему, чем пытаться объяснить сегодняшнюю непонятную злость Зеда на меня. Лукас покачал головой.

— Пока нет. Мы вернулись незадолго до тебе; больничные документы заполнялись целую вечность.

— Хорошо, пошли разбираться. Тебе нужно отдохнуть, а мне нужно разобраться с… — Я замолчала с тяжелым вздохом. Мне нужно было разобраться с неожиданным сносом моего многоквартирного дома. Это было еще одно свинцовое бремя вины, добавленное к тому ошеломляющему бремени, которое я носила ежедневно.

Лукас встал и заправил выбившуюся прядь волос мне за ухо.

— Похоже, тебе тоже нужно отдохнуть.

Зед был на крэке, Лукас не был шпионом под прикрытием, посланным, чтобы соблазнить и убить меня. Он был просто по-настоящему хорошим парнем, который был невероятен в постели. Ни больше ни меньше.

— Я отдохну, когда умру, — полушутя прошептала я в ответ. — Пойдем, нам нужно найти постельное белье для свободной комнаты. — Сцепив свои пальцы с его, я повела его наверх и показала комнату для гостей, расположенную дальше по коридору от комнаты Зеда.

Он пытался помочь с простынями, и мне пришлось отругать его, чтобы он подчинился. Как ни странно, я испытала всплеск возбуждения, когда он подчинился моей команде и сел в кресло. Может быть, я просто все еще был гиперсексуальна после свидания с Кассом.

Застелив постель и принеся ему стопку свежих полотенец для душа, я приказала ему лечь в постель и сбежала вниз за лекарством, которое я видела лежащим на столешнице. Затем я сделала остановку в комнате Зеда, чтобы быстро принять душ, переодеться и снять кобуру с пистолетом.

Когда я вернулась в комнату Лукаса в удобных шортах для сна и моей любимой футболке Blink 182, он крепко спал. Его длинные ресницы развевались веером над высокими скулами, а лицо во сне казалось таким чертовски безмятежным. Зед слишком точно попал в цель в своей тираде. Лукас уже был для меня больше, чем просто сексом. Если он окажется предателем, это будет больнее, чем я думала.

Закусив губу и проглотив эмоции, грозившие захлестнуть меня, я на цыпочках пересекла ковер и задернула шторы от заходящего солнца. Я добралась до двери на полпути, намереваясь оставить его в покое, но звук того, как он ерзает в постели, заставил меня остановиться.

— Хейден... — пробормотал он, и я съёжилась. Я не хотела его будить.

— Прости, Лукас, — прошептала я, меняя направление, чтобы вернуться к нему. Потом я поняла, что его глаза все еще были закрыты, и он просто бормотал во сне. Он мечтал обо мне. И если улыбка на его губах была каким-то признаком, то это был хороший сон.

Я ничего не могла с собой поделать. Я наклонилась и прижалась легким поцелуем к его губам. Но это, должно быть, только что сыграло роль в его сне, потому что через мгновение его руки зарылись в мои волосы, и он потащил меня к себе в постель.

Затем он замер, его веки приподнялись, а на лице появилась гримаса боли.

— Идиот, — прошептала я с тихим смехом, пытаясь вырваться из его хватки. — Ты, должно быть, забыл о своих травмах в том сне, а?

Его ответом был только низкий стон, но его пальцы сжались на моих, прежде чем я смогла полностью подняться с кровати.