— Некромантия плюс биоинженерия, — прокомментировал Уильям, активируя защитные поля. — Творческий подход.

Константин начал читать заклинание изгнания, но големы оказались защищены от обычной магии. Они двигались с механической неотвратимостью, круша всё на своём пути.

— Оружие Стражей! — крикнул Артур. — Обычная магия на них не действует!

Носители осколков схватили с разложенных столов мечи, кинжалы, булавы из метеоритного железа. Большинство из них никогда не сражались, но оружие Стражей само учило владеть собой — древняя память, записанная в металле.

Профессор истории оказался на удивление эффективен с двуручным мечом. Библиотекарь орудовал боевым посохом с грацией мастера кунг-фу. Даже хрупкая студентка медицины нашла себе лёгкие кинжалы-близнецы и дралась с яростью разозлённой кошки.

Но это было только начало.

Второй волной пришли сами культисты. Люди в тёмных одеждах, лица скрыты масками с символикой Первородного Греха. Они двигались строем, профессионально, используя и оружие, и боевую магию.

— Бывшие военные, — определил Константин, отражая огненный шар. — Или нынешние. Кто-то хорошо их обучил.

Битва разлилась по всему поместью. В библиотеке Уильям создавал квантовые ловушки, в которых культисты на мгновение зависали между пространственными координатами. В столовой Элеонора защищала раненых, используя магию дома — стены сами вставали на защиту хозяйки.

В саду Дэмиен сражался спиной к спине с О’Брайеном — рок-звезда с медальоном древней силы и боевой священник с освящённым мечом. Их движения были синхронными, словно они тренировались вместе годами.

Но самая важная битва происходила в центре всего этого хаоса. В сердце конфликта, где Магистр Торн медленно пробивалась к главной цели — самому Артуру.

Дуэль душ

Они встретились в большом холле, среди портретов предков Блэквудов. Магистр Торн сбросила плащ, и Артур увидел её истинное лицо — не старой женщины, а существа, которое так долго питалось тёмной магией, что забыло о собственной человечности.

— Красивый дом, — сказала она, разглядывая портреты. — Жаль будет его разрушать. Но традиции есть традиции.

— Какие традиции?

— Победитель забирает всё. Проигравший становится частью победителя. Я поглощу твой осколок, Блэквуд. И через него — все остальные.

Она атаковала не оружием, а чистой силой воли. Магия культа была направлена на подчинение, на принуждение, на превращение свободных людей в рабов идеи.

Но Артур не стал защищаться. Вместо этого он открылся навстречу атаке — полностью, без резервов, без страха.

Расширение Территории: Дом Памяти

Пространство вокруг них преобразилось. Холл растворился, заменённый чем-то большим — всеми местами, которые были важны для Артура. Его детская комната. Первая квартира с Маргарет. Кабинет в Скотланд-Ярде. Больничная палата после пожара.

Но не только это. Здесь были и воспоминания рода — крипта с Камнем Судьбы, библиотека с древними книгами, поля сражений, где Стражи прошлого защищали мир от тьмы.

— Что это? — Торн оглядывалась в растерянности. — Какая магия?

— Не магия, — ответил Артур. — Память. Любовь. Связь. Всё то, что ваш культ отвергает ради власти.

В пространстве Дома Памяти появились фигуры. Маргарет, какой она была в лучшие дни их брака. Уильям-ребёнок, смеющийся на качелях. Элеонора, готовящая чай и радующаяся каждому дню. Все люди, которые сделали Артура тем, кто он есть.

Торн попыталась атаковать одну из фигур, но её магия просто прошла сквозь память.

— Иллюзии! — кричала она. — Сентиментальная ложь!

— Правда, — возразил Артур. — Единственная правда, которая имеет значение. Мы не боги. Мы люди. И сила наша не в могуществе, а в связях друг с другом.

Флешбек — последние мгновения Иуды

Верёвка сжимала горло, но Иуда не испытывал страха. Он видел будущее — далёкое, туманное, но возможное. Момент, когда его жертва обретёт смысл.

Тридцать человек в старом доме в Йоркшире. Тридцать частей его души, которые найдут покой не в слиянии, а в гармонии. В выборе остаться людьми, несмотря на божественную силу.

— Прости меня, Учитель, — прошептал он. — И спасибо. За то, что показал путь.

Его смерть была не концом, а семенем. Семенем, которое прорастёт в далёком будущем садом надежды.

Дом Памяти начал расширяться, включая в себя воспоминания других носителей. Магистр Торн испытывала то же, что когда-то пережил Артур в Озере Забвения — растворение ложной личности под натиском истинной сущности.