За первый час практически потеряны все разведчики-истребители. Остатки второго флота кварианцев отходили на перегруппировку, практически потеряв все свои боевые единицы и прекратив свое существование как полноценное военное подразделение. Их резервы и снабжение будут распределены между оставшимися флотами.

Оперативный штаб командования в реальном времени получал данные и обменивался вместе с нами. Кварианцы не считались с потерями. Темп вторжения должен был оставаться на высоком уровне. Интенсивные бои шли по всей линии соприкосновения. Во второй волне ракетные атаки поменяли цели — вывести из строя энергосеть и системы подавления связи уже на суше. Даже с такой высоты мы несколько раз наблюдали мощные взрывы, облака дыма от которых достигали чуть ли не до атмосферы. Несмотря на всё, кадры с наблюдательных дронов не полностью передавали масштабы происходящего.

Тем временем Тали не просыпалась. Её обездвиженное тело лежало в капсуле со льдом, подключенная множеством проводов к терминалу гетов. Время от времени она судорожно дергалась, слышалось ее участившееся дыхание, а датчики жизненных показателей пищали, словно о чем-то предупреждая. Кзер Ур не сводила с нее взгляда и пару раз смотрела на меня, готовая вытащить её с этого устройства для пыток в любую секунду. В некотором роде я была солидарна с ней, на мой взгляд всё выглядело опасно. Тали ведь сама предупреждала, что нельзя допустить, чтобы лед растаял иначе её нервная система просто перегорит. Погружаясь в киберпространство, вы становитесь своего рода процессором, как в компьютерах, приводила она аналогию.

Как бы то ни было, мы не могли ждать её долго, но и вызволить резко из капсулы — тоже. Оставив её в руках нашего врача и инженеров, с имеющимися данными мы присоединились к высадке. Место уже было выбрано, пригород на севере некогда столицы Ранноха.

Наблюдая вокруг масштабное вторжение, снова вспомнились дни Мандалорской Войны. Мясные штурмы там стали обыденным делом. И всегда несли с собой только смерть. Редко нам удавалось действовать четко по плану, особенно при взятии планет в затяжных осадах. Только численное превосходство гарантировало хоть какой-то успех, а в нашем случае о таком речи даже не шло. Очевидно, целая планета населена куда больше. Мы могли рассчитывать только на молниеносный хирургический удар по центру принятия решений гетов, то есть в главный «процессор». В противном случае, со временем нас всех сметут. И все это понимали.

В бронетранспортере азарийской модели «Айзу» в ангаре «Кепеш Атаме» собрались все спектры, Лиара, Трия и Джилл. Вопреки всем рекомендациям нашего врача Джеймс настоял на своем участии. Старшие спектры не одобряли его отважный порыв, однако, любой лишний солдат будет кстати, а сам Вега выглядел вполне здоровым. Оттого в стороне не осталась и доктор Нувани.

В ожидании входа в опасную зону, я проводила время за медитациями. Грохоты и взрывы, доносящиеся снаружи, постепенно исчезли. Мир для меня погрузился во мрак и тишину.

Я долго «скиталась» по пустоте внутри себя, где Сила отдавалась лишь слабым эхом. Рана в Силе, что обволакивала здесь всё, с прошлого раза выглядела, как сказать, стабильно, и даже привычно. Хотя ощущалась она по-прежнему очень чужеродно, неестественно опасно. Любая малейшая слабость в контроле, и она грозилась поглотить «жизни» всего вокруг в любой момент. Я так понимаю, это возникло от смерти самой Силы, подобно рождению черной дыры в космосе при гравитационных аномалиях. Но один вопрос не давал мне покоя: почему она не убивает меня, лишь терзает, служа вечным напоминанием о Малакоре?

Остановившись, я попыталась дотянуться до неё. Хотела заглянуть внутрь одним глазком. Как меня тут же продрало холодом, прошиб липкий пот, тело всё покрылось мурашками, слабость накатила от макушки до пяток. Всё мое естестве завопило: «не приближайся! беги!». Но нет. Я не могу. Она нужна мне, как бы парадоксально это не звучало.

Сейчас я могу на некоторое время использовать Её без потери самоконтроля. Знаю, все равно будет невыносимо больно и паршиво после тех мгновений эйфории. Но что-то мне подсказывает, мне не обойтись без Неё. Единый Интеллект Гетов точно где-то там под нами, и холодный мощный разум опутывал всю планету словно паутина. Мне нужно было лишь найти его самого и «поглотить». А дальше кварианцы сами.

Почувствовав приближение опасности, я открыла глаза. Все были на своих местах и держались за крепления на креслах. Пару раз корабль трясло, словно по нам попали. Осмотрев всех, кто рядом, встретилась с глазами Джилл напротив, в которых читалось волнение.

— Джилл?

— Я… Готова, учитель, не волнуйтесь.

— Хорошо. Будь на чеку.

Судя по участившимся звукам залпов, посадка обещала быть жесткой. Наспех сделанный плацдарм возле огромного кратера не мог похвастаться ровностью. Наш бронетранспортер заметно тряхнуло при приземлении и засушливая планета, пропахшая насквозь металлом и щелочью, встретила во всей красе в гуще бойни. Планета словно была готова расколоться от канонады неутихающих взрывов, рева и свиста ракет, летящих туда-сюда над головой. Привычные звуки войны и запах — я по вам не скучала.

Что можно сказать о самой планете. Не сказать, что она благоухает и вновь походила на Ферос по своей природе. На Раннохе, насколько мне известно, нет насекомых вообще, и потому местные растения опыляются с помощью животных. Этот необычный симбиоз флоры и фауны являлся причиной ослабленной иммунной системы кварианцев, что существенно затрудняло для них заселение других планет после изгнания с Ранноха. Потому для них вернуть родную планету — дело не только принципа, но и физиологической необходимости целой расы. Другой такой планеты они так и не нашли, а на адаптацию к новым условиям они потратят не одно поколение или просто вымрут, не успев.