Наконец он увидел голову турианца на своем прицеле, оставалось лишь одно движение пальцем, как вдруг краем зрения увидел силуэт. Это был Шепард. Короткая очередь, а затем подствольная граната и последующий взрыв не оставили шанса Скейну. Его смерть была быстрой. Чего не скажешь об остальных. Шепард боялся думать, что там с остальными, пусть пока тишина и неведение, чем страшная истина.

Отряд Нойши

После переулка, где они ранее разделились с другой командой, путь вел вверх по лестнице. Сразу за поворотом отряд Нойши столкнулся с охранными роботами. Облаченные мощным щитом, роботы спокойно выдержали очередь из штурмовой винтовки Тали. Пришлось прибегнуть к «сингулярности». Когда Нойша снимала щит биотикой, их тут же расстреливали Тали с Джилл. Отработанная тактика срабатывала на ура, к тому же их было не так много.

Дойдя до отсека, откуда качалась кровь левиафана и вливалась в резервуар, Тали чуть ли не попала под прямой взрыв мины, прикрепленной на потолке. Щиты и броня сделали своё дело. От взрыва троицу слегка контузило, тем и попытался воспользоваться напарник Скейна. Невидимый убийца обездвижил кварианку стазисом и почти нанес смертельный удар со спины. Благо подоспела Нойша. Снаряд темной энергии оттолкнул убийцу и снял маскирующее поле костюма.

Кай Ленг предстал в своем измененном облике. От человеческого в нем остался лишь форма и силуэт. Убийца демонстративно взмахнул клинком и снова исчез из поля зрения. Практическая невидимость убийцы Цербера в и так темном месте работала безотказно. Тали открывала огонь по каждому шороху, по размытию мрака и всегда попадала в пустоту. Сообразив, кварианка стрельнула по трубам на потолке, откуда тут же начало поливать водой.

Темноту развеяла яркая вспышка. Чисто на инстинктах Нойша поставила щит в сторону Тали, заметив возле нее движение. Клинок убийцы разрезал оружие Тали пополам, чуть не задев кварианку. Поняв, что потерпел неудачу, Кай ударил по ноге девушки и ударом ноги с разворота, отправил в полет Тали. Кварианка ударилась о стену и рухнула на пол. Острая боль стреляла в районе бедер. И смерть во второй раз чуть не настигла её. В этот раз подоспела Джиллиан.

Ленг, естественно, узнал объект «вознесения». Девушка заметно улучшила свои навыки с прошлого раза. Но все равно, преимущество на его стороне. Вновь ослепив зеленоволосую, он пошел в контратаку. С боя с Митрой он помнил, что нельзя ни в коем случае попытаться блокировать этот меч. Вместо этого убийца пользовался биотикой и стазисом. Впрочем, его планы пошли не по сценарию. Девушка держалась с ним на равных, а при помощи Нойши, они начали его теснить.

От выстрелов азари его щит иссяк. И он практически лишился ног от зеленого светового меча, выше колена остался глубокий порез. Но к нему на помощь подоспели охранные роботы, выиграв для него время для передышки. Вдвоем с Нойшей они расправились с роботами, но азари практически была на нуле. Остался только пистолет и омниклинок. А биотика требовала некоторого отдыха. Впрочем, как и у Ленга.

Наплевав на всё, Ленг не стал выделываться и привел в действие бомбу Скейна на потолке, разделив их. Воспользовавшись дезориентацией спектра, Ленг поймал азари в стазис. Выставленную в защиту руку С’Лоан он отсек с маньякальным наслаждением. Он испытывал экстаз, видя, как в сиреневых глазах за визором шлема появляется страх. И завершающим движением выпада, он перевернул клинок и вонзил клинок в живот.

— Вот и всё, — сказал он в ухо Нойше, когда тело азари рухнуло на него.

Вдруг он почувствовал, как оставшейся рукой Нойша ухватилась за него, и окружила биотикой, не давая двигаться.

— Джилли!

В последнюю секунду Ленг обернулся на яркий зеленый свет за спиной и резко в его глазах потемнело. В следующий миг голова убийцы соскользнула на плечо Нойши, потом покатилась на пол. Следом на пол рухнуло и его кибернетическое тело.

— Держитесь, Нойша. Только Держитесь, — поймала азари Джилли и аккуратно уложила на пол, пытаясь остановить кровь.

— Ты… Справилась… Джил… Ли… — из последних сил вымолвила Нойша, падая во тьму.

— Нойша? Нойша! Проклятье… — собрав все мысли, Джиллиан обратилась телепатически к своему учителю: — Митра!

Рассказывал и показывал левиафан вроде бы много и вроде бы без какой-либо откровенной лжи, но я начала улавливать странные мысленные сигналы кому-то на стороне. Из тонны «воды», что он тут обстоятельно излил, я ничего полезного пока не узнала. Потом более детально прокручу у себя в голове и найду что-нибудь, сейчас времени нет. Почувствовав подвох, силой вырвалась из пелены чужого разума под поток его тяжелого голоса. Очнулась на том же месте перед замурованным существом и пригляделась к нему более внимательно. С первого раза не заметила, как к нему сверху были подключены провода и трубы.

Мое самоуправство ему не понравилось. Он вновь попытался «усыпить». И чуть позже поняла, к чему была вся его любезность и готовность делиться своей историей. Он банально тянул время, и одновременно с этим ментальными нитями обвивался вокруг моего разума, намереваясь захватить мое тело или сделать своей марионеткой. Будучи абсолютно уверенным в своих силах, он ничего не подозревал, пусть и поначалу действовал аккуратно.

Слегка поддавшись, я приоткрыла Рану в Силе, готовясь к очередному контакту, и когда он полностью явил себя, использовала сполна. Рана поглотила все остатки его замурованной жизни. Левиафан не успел толком понять, что произошло.

Теперь-то понятно, как их победили. И все его слова об их безмерном могуществе — сильное преувеличение. К тому же история это наглядно показала. Да, конечно, он ментально силен, умен, может порабощать разумы других существ, но чрезмерно горделив. А это фатальная ошибка. Я всегда придерживалась одной простой истины, о которой они явно не слышали: когда допустишь мысль о собственной непобедимости, то ты уже проиграл в этот момент.

Рана сполна насытилась древним существом. Я ощущала, как мой разум заполняют его знания. И даже столь незначительной части, что уцелело от Раны, хватило, чтобы я чуть не потерялась в них. Тысячи странных образов, слов, воспоминаний вонзались в мое сознание. Пришлось потерпеть какое-то время, чтобы унять весь хаос. Когда наконец всё утихомирилось, я смогла ясно мыслить. И, как всегда это бывает после насыщения жизнью, почувствовала эйфорию и силу.